Форум » Дизайн » Пьеро Форназетти. Piero Fornasetti » Ответить

Пьеро Форназетти. Piero Fornasetti

Chandra: Пьеро Форназетти. Piero Fornasetti Не пытайтесь поймать бабочку, которая села на газету. Не старайтесь снять улитку, которая ползет по тарелке, и даже не мечтайте познакомиться с девушкой, которая только и делает, что подмигивает вам, — все это бесполезно, когда речь идет о произведениях знаменитого итальянского фантазера и выдумщика Пьеро Форназетти.

Ответов - 8

Chandra: тема перенесена http://ultrafiolet.forum2x2.ru/forum-f12/tema-t387.htm#4315

Chandra: Оживающие предметы интерьера Автор: Михаил Ткач Мир дизайна знает много имен талантливых, и, бесспорно, признанных. Творение каждого художника уникально, и все они, возможно, правы, предлагая каждый свою реальность. Пьеро Форназетти, один из величайших художников-мастеров ХХ века, преподнес миру особое видение реальности, доказав, что, сочетая абсолютно разные вещи и темы, можно создавать неповторимые шедевры, способные пережить свою эпоху. Используя технику литографии (в 1-й половине ХХ ст.), мастер декорировал мебель и камень. Начав работать с твердым материалом, Пьеро Форназетти постепенно переходит к изготовлению аксессуаров, даже предметов одежды (жилеты), преобразованию автомобилей, морских суден и т.д. Рисунок, выполненный на специальной бумаге, переносится на конечный материал, словно под копирку, — так возникает образ прекрасной темноглазой девушки, красующийся на столах, стульях, шкафах; колонна из греческого храма представляет собой спинку стула, а на дамском шарфе — текст программки театра La Scala. А кто бы мог подумать, что можно есть с женского нижнего белья, выведенного на обычной тарелке! Без Пьеро Форназетти вещи выглядели бы скучно. Фантазии художника хватало даже на то, чтобы полюбившееся лицо девушки растиражировать 500 различными интерпретациями, что впоследствии стало фирменным знаком декоратора. Он словно давал вещам новое предназначение. Женский шарф можно читать! Автомобилем можно даже просто любоваться. Главной целью в работе Пьеро Форназетти было отсутствие формальности и функциональности, т.е. вещи не только должны служить по назначению, но также выражать веяния моды, вкуса, настроение. Вдохновение в процессе работы мастер черпал из искусства эпохи Возрождения, сильно повлияли итальянские художники и друзья. Пьеро работал вместе с коллегой и другом Джио Понти. Художник выработал собственный неповторимый стиль, основанный на архитектурных перспективах, вечных символах и аллюзиях, разнообразных сочетаниях. Смелое новаторское решение Форназетти состоит в том, что, используя всего лишь небольшое количество образов и символов (например, цветы, солнце, игральные карты, лицо девушки), можно бесконечно много интерпретировать и соединять их в разнообразные варианты. Пьеро Форназетти работал в собственной мастерской, пристроенной к дому. Ещё при жизни он организовал продажу своей продукции, принимал участие в выставках не только в своей стране, но и за рубежом. Сотрудничество Форназетти с другими художниками и писателями оказалось чрезвычайно плодовитым: выходит несколько книг с иллюстрациями Пьеро. После его смерти дизайнерский бизнес взял на себя сын Барнаба. В 1998 году на аукционе CHISTIE’S была продана коллекция известного дизайнера, организованная его сыном. Сегодня также продолжают выпускаться предметы интерьера с необычными рисунками. Пьеро Форназетти был художником, который создает моду, а не следует за ней. Его ценное наследие представлено на выставках и выпускается в продажу, о нем говорят и им восхищаются. А может, и недоумевают. Во всяком случае, не забывают. источник

Chandra: Пьеро Форназетти (Piero Fornasetti) считал, что любой предмет может быть декорирован на 100% и при этом не потеряет своего назначения. Пьеро Форназетти, в совершенстве овладев искусством trompe l’oeil (изображений-обманок, построенных на оптических эффектах искажения перспективы), превращал мебель в архитектурные объекты, заставлял газеты принимать форму пепельниц, заселял поверхности комодов разноцветными бабочками и наносил изображения Адама и Евы на шезлонги. Его произведения всегда узнаваемы — это тот редкий тип дизайнеров, обладающих собственным неповторимым стилем. Работы Пьеро Форназетти — это смесь иллюзионизма и архитектурных перспектив. Его излюбленные темы — солнце, игральные карты, рыбы, бабочки, книги и архитектура. Пьеро Форназетти был настоящим фантазёром: дизайнером и в то же время художником, иллюстратором, графическим дизайнером, ремесленником, фабрикантом и бизнесменом, чья продукция продавалась в магазинах и универмагах во всём западном мире. Огромное внимание Форназетти уделял декорированию поверхностей. В своём творчестве он бросал вызов формальностям: ни форма, ни декор не должны предопределяться функциональностью, а оформление не должно следовать за объёмом. Он остро чувствовал, как двухмерная графика должна ложиться на трёхмерные формы. На него сильно повлияло искусство эпохи Возрождения (Джотто, Пьеро Делла Франческа), а также его друзья, итальянские художники (Sironi, Savinio, de Chirico) и писатели (Leo Longanesi). Большая часть его мебели была разработана Джо Понти (Gio Ponti, 1891-1979 гг.) и украшена им самим. Пьеро Форназетти начал рисовать в возрасте 10 лет, в 17 выиграл грант на обучение в школе искусств Brera. В 20 он выставлял свои первые полотна в университете Милана. Будучи талантливым рисовальщиком, Форназетти становится известным благодаря своеобразно украшенным предметам повседневной обстановки, где пытается передать «радость от ощущения жизни», и попадает в поле зрения Джо Понти, который создавал мебель для промышленного производства. В конце 40-х, начале 50-х годов Понти приглашает Форназетти участвовать в некоторых миланских триеннале. Пьеро Форназетти обращается к фабрике «Черамике ди Лавено», заказывает образцы тарелок, которые затем экспонирует. Сразу после этого Форназетти начинает получать заказы от клиентов, прежде всего зарубежных. Затем он вновь обращается к той же фабрике с просьбой начать серийный выпуск, но получает отказ, потому что его декор вызвал скандал cвоей эксцентричностью: на тарелках воспроизводились куски газетных страниц, лица, рыбы или другие странности. В результате Форназетти приобретает печь и начинает собственное производство, но ограничивается декорированием и отделкой, которая проводится полностью вручную несколькими опытными ремесленными мастерами. Поэтому каждый предмет мебели и каждое изысканное фарфоровое изделие производились лимитированными тиражами. Форназетти не придавал значения маленькой черной точке или легкому несовершенству на обратной стороне изделия, он находил, что качество заключено в общем имидже продукции, в идее. Пьеро Форназетти жил и работал в Милане до самой смерти в 1988 году. За свою долгую карьеру он участвовал во всевозможных выставках, занимался иллюстрацией литературы и сотрудничал со многими выдающимися личностями своего времени. Он заработал устойчивую репутацию как дизайнер, обладающий собственным неповторимым стилем — стилем, основанным на иллюзионизме, архитектурных перспективах и нескольких авторских лейтмотивах, таких как солнце, игральные карты, рыбы и цветы, которые он подвергал, казалось бы, бесконечным видоизменениям. Особой популярностью и по сей день пользуется один из его излюбленных рисунков — лицо девушки по имени Лина Кавальери (Lina Cavalieri), чей портрет он нашёл в журнале XIX века. Он не мог остановиться, придумывая различные вариации на тему этого рисунка, и в результате создал более 500 различных изображений, сделав средиземноморское лицо с большими тёмными глазами своим фирменным знаком. Форназетти прикладывал свой дизайнерский талант к удивительному множеству объектов — «модных вещей», как он их называл, «которые никогда не выходят из моды». Шляпы, жилеты, пепельницы, стулья, посуда, кабинеты, фортепьяно, магазины, автомобили, океанские лайнеры — всё было преобразовано появлением неожиданных рисунков. Коринфская колонна служит спинкой для стула; программка театра La Scala украшает шарф; женское нижнее бельё служит декором для тарелок. «Он заставляет объекты говорить», — сказал Джо Понти, его друг и давний соратник. Переоценка дизайна с точки зрения постмодернизма вознесла Форназетти на невиданные вершины популярности. Сегодня дизайнеры и коллекционеры воспевают его тонкие аллюзии, приковывающие взгляд графические изображения и поразительную способность комбинировать, казалось бы, несовместимые вещи, помогавшую мастеру в создании уникальных, причудливых предметов. Шедевры Форназетти шокируют, восхищают, дарят наслаждение и вдохновляют. Люди, далёкие от современного искусства, испытывают настоящий шок, сталкиваясь с творениями Пьеро Форназетти. Плодовитый художник создал невероятное множество причудливых узоров, украсивших всё — от мебели и пепельниц до галстуков и тарелок. Яркой иллюстрацией таланта Форназетти является его плодотворное сотрудничество с Джио Понти, в результате которого мебель Понти, лаконичная и сдержанная, покрылась изображениями нотного стана, газетными страницами, буквами и другими, казалось бы, бессмысленными рисунками. В то время как его американские современники эксплуатировали массовое производство, Форназетти трудился в маленькой мастерской, пристроенной к его собственному дому в Via Bazzini в Милане. Черпая вдохновение во всём, что попадалось ему на глаза, он создал тысячи различных дизайнерских вещей. «Мой секрет в силе воображения» — любил повторять дизайнер, хотя наиболее тщательно охраняемой тайной была его техника печати. Барнаба Форназетти, сын великого художника, рассказывает, что его отец начал экспериментировать с различными техниками нанесения рисунка в 1940-х, когда делал литографии для современных итальянских художников. От нанесения рисунка на камень он постепенно перешёл к цинковой посуде и начал оттачивать технику перенесения рисунка с использованием специальной бумаги, на которой он печатал свои рисунки, а потом наносил их на лакированную поверхность мебели и других объектов. В этом и состоит всемирно известный и покрытый налётом мистики «секрет Форназетти». Ему удавалось наносить рисунок на самые неожиданные поверхности. Несмотря на то, что Форназетти покорил сердца многих, его творения никогда не коллекционировались с такой пылкой страстью, как работы многих его современников. Возможно, это связано с особенностями его характера. «Всё, что я сделал в прошлом и делаю сейчас, оригинально. Я жив и полагаю, что мебель, сделанная только что, технически более совершенна и менее повреждена физически, чем та, что была сделана ранее», — говорил дизайнер. На рынке, где уникальность и дата создания вещей значат всё, безразличие мастера к подписям, нумерации и датированию своих работ оттолкнуло многих потенциальных клиентов. Тем не менее, в 1998 году Барнаба совместно с аукционным домом CHISTIE’S организовал продажу, посвящённую Форназетти, которая развеяла массу мифов и предубеждений, касающихся истории производства. После смерти отца Барнаба унаследовал целую дизайнерскую империю и продолжает выпускать мебель и предметы интерьера, декорированные оригинальными рисунками Пьеро Форназетти. Он с трепетом относится ко всему, что связано с именем его отца. Дом, где жил и творил дизайнер, в настоящее время является музеем, оставаясь при этом жилищем его семьи. «Отец оставил после себя огромный архив: несметное количество рисунков и эскизов, большинство из которых не были использованы. Ежегодно производство отдельных копий приостанавливается, а новые предметы занимают их место. Какие-то серии намеренно лимитируются. Например, серию тарелок-календарей, которая ежегодно выпускалась отцом с 1968 года вплоть до его смерти, я ограничил до 700 копий в год. Как и много лет назад, все предметы расписываются вручную, на всех образцах выставляется порядковый номер, общее количество копий, произведенных в течение года, и, соответственно, дата выпуска. Мой отец мог позволить себе экспериментировать с абсолютно разными поверхностями. Для его творчества не было границ: это могли быть шляпы, жилеты, пепельницы, стулья, посуда, кабинеты, фортепьяно, магазины, автомобили — все эти предметы изменялись неожиданными рисунками, технику нанесения которых он тщательно скрывал от посторонних. В самом начале он научился наносить рисунок на каменную поверхность, потом в области его экспериментов оказалась цинковая посуда, затем он начал оттачивать технику перенесения рисунка с использованием специальной бумаги, с помощью которой наносил изображение на лакированную поверхность мебели и других объектов. Впоследствии он работал буквально со всем, что попадалось ему на глаза: он говорил, что весь секрет в силе воображения. Что касается меня, то я не могу позволить себе такой широты выбора поверхностей и работаю в уже заданных рамках. Я сам рисую, некоторые вещи сделаны мной абсолютно самостоятельно, но я стараюсь сохранять стиль и традиции, переданные мне отцом» Барнаба Форназетти отсюда

Chandra:

Chandra: «СТУЛ СДЕЛАН ДЛЯ ТОГО, ЧТОБЫ НА НЁМ СИДЕТЬ И, ПРЕЖДЕ ВСЕГО, ОН ДОЛЖЕН БЫТЬ УДОБНЫМ», - ТАК ГОВОРИЛ ПЬЕРО ФОРНАЗЕТТИ (PIERO FORNAZETTI), УРОЖЕНЕЦ МИЛАНА, ИЗВЕСТНЫЙ ИТАЛЬЯНСКИЙ ХУДОЖНИК, СКУЛЬПТОР, ДИЗАЙНЕР ИНТЕРЬЕРОВ, СОЗДАТЕЛЬ БОЛЕЕ 11 ТЫСЯЧ ПРЕДМЕТОВ, СЦЕНИЧЕСКИХ ДЕКОРАЦИЙ И КОСТЮМОВ. Он искренне считал, что изделие, мебель могут быть декорированы полностью, вплоть до излишества, но при этом не должны терять свое утилитарное значение. Пьеро Форназетти начал рисовать в возрасте 10 лет, в 17 выиграл грант на обучение в школе искусств Brera. В 20 он выставлял свои первые полотна в университете Милана. Будучи талантливым рисовальщиком, Форназетти становится известным благодаря своеобразно украшенным предметам повседневной обстановки, где пытается передать «радость от ощущения жизни», и попадает в поле зрения Джо Понти, который создавал мебель для промышленного производства. В конце 40-х, начале 50-х годов Понти приглашает Форназетти участвовать в некоторых миланских триеннале. Пьеро Форназетти обращается к фабрике «Черамике ди Лавено», заказывает образцы тарелок, которые затем экспонирует. Сразу после этого Форназетти начинает получать заказы от клиентов, прежде всего зарубежных. Затем он вновь обращается к той же фабрике с просьбой начать серийный выпуск, но получает отказ, потому что его декор вызвал скандал cвоей эксцентричностью: на тарелках воспроизводились куски газетных страниц, лица, рыбы или другие странности. В результате Форназетти приобретает печь и начинает собственное производство, но ограничивается декорированием и отделкой, которая проводится полностью вручную несколькими опытными ремесленными мастерами. Поэтому каждый предмет мебели и каждое изысканное фарфоровое изделие производились лимитированными тиражами. Форназетти не придавал значения маленькой черной точке или легкому несовершенству на обратной стороне изделия, он находил, что качество заключено в общем имидже продукции, в идее. В начале 80-х гг. началось в некотором роде «открытие», мода на Пьеро Форназетти. Его изделия выставляются на аукционах, получают лестные оценки. Его ценят за оригинальность декора, чувство юмора и самоиронию, упрекают в дурном вкусе и неумело копируют. Через несколько лет после смерти Форназетти, в 1992, году в музее the Victoria and Albert Museum (Лондон) проходила ретроспектива его работ. В 1998 году на аукционе Christie's в Лос-Анджелесе были представлены произведения из его коллекции. В настоящее время его работы выставляются в таких музеях, как the Victoria and Albert Museum (Лондон), the Mitchell Wolfson Museum (Майами), the Bischofberger Collection (Цюрих) и т. д. ЭТАПЫ БОЛЬШОГО ПУТИ •1913 — родился в Милане •1930 — поступил в Академию •1932 — обучался в Школе искусств •1933 — участвует в выставке в Милане (Triennale), на которой представляет коллекцию шелковых платков, декорированных методом печати •1935 — экспонирует на YI Triennale декоративный керамический фриз •1940–1942 — создает дизайн «лунный» по заказу Джо Понти •1941 — работает над фресками в Палаццо Бо в Падуе •1943–1946 — находит убежище в Швейцарии, где работает для журналов и театраль-ных постановок •1947 — представляет на триеннале в Милане серию декоративных мотивов для керамики •1950 — выполняет интерьер Казино в Сан-Ремо и кондитерской Dulciora •1951 — первый опыт полной обстановки интерьера для «дома Лукано». Экспонирует мебель серии «Архитектура» на IX триеннале в Милане •1952 — участвует в декорировании интерьеров трансатлантического лайнера «Андреа Дориа» •1955–1958 — создание «Метафизической комнаты» •1980 — открытие в Лондоне магазина «Тема и вариации» •1988 — умирает в Милане • с 1989 — его сын Барнаба Форназетти продолжает традиции, начинает переиздание наиболее значительных изделий отца отсюда

Chandra:

Chandra:

ROFL: Люблю такой стиль Потрясающая точность! Сама бы рисовала в таком, но не хватает умения. Думаю лет через `дцать я бы смогла сделать какую-нибудь подобную вещь Хотя зачем нам делать подобное? бум развивать индивидуальность



полная версия страницы