Форум » Литературный салон » Dietrich (продолжение) » Ответить

Dietrich (продолжение)

Dietrich: Плоть, она прекрасно горит, Дым, он тошнотворен на вкус, А у мертвых праздничный вид И я рассмеяться боюсь. Что бы кожа не расползлась, На моих застывших губах, Вам и только вам, эта власть, Заточить меня в облаках. Пепел, он как облако сер, Вздох, он как цветок от стебля. И изломан верный Gewehr* ( Гевер – с нем.оружие, автомат.) Да и тот, кто мог бы стрелять. А весна, она для добра, И цвести должны бы сады, Очень жаль, пожар был вчера, Перевел цветочки на дым. Дамам, шляпки стоит носить, Дамам, полагается петь. Жаль, тебе меня не простить, Только если в небо смотреть. Плоть, она прекрасно горит, Пламя, очень ласковый зверь. Так, кому-то с ветром в зенит Покидать усталую твердь.

Ответов - 173, стр: 1 2 3 4 5 All

Alex: О'кей, прекращаем. Вы поняли, что я имела ввиду, а я поняла , что вы поняли. Этого достаточно.

Eos: Дорогой Коцг! Это Эос со смесью молотова в руке. Она всегда навевает тоску расчету. Они знают, что она, как всегда, бросит с недолетом. (У нее руки из неправильного места растут.) И им уже надоело ее всякий раз расстреливать. А собаки - они тоску не навевают. Это точно.

Alex: Коктейлем поделишься? Саботаж!!!!! Абажаю саботаж!

Chandra: А чё это у вас здесь происходит??? а я всё равно всех лублу

Eos: Нас все равно лубят. Вот. Алекс. Такие коктейли большим и взрослым тетенькам нельзя. Контроль по росту и по отсутствию IQ. Рост не выше 1 м 56 см (или 55? - я не помню (печальный вздох)), а тест отсутствует в смысле вообще.. испытуемые начинают пробовать его проходить, и тот, кто заснул на первой странице, уткнувшись носом в клаву (опять вздох).. ну.. тот, значит, подходит. (То есть IQ получилось просто неизмеримое.. да.. ) В обчим, подходят обсолютные недоразумения! Или просто Эос .(тут Эос зиваит и чешет за ухом.. и пашол собирать вещи...)

Alex: Я подхожу!!! По ай кью подхожу! а по росту пригнусь! Ты будешь к нам приходить , Эос? Пожалуйста, приходи, потому что интернет есть везде. Надеюсь, ты напишешь много разных стихов, пока отдыхаешь.

Eos: Хм.. а вес? 44 кг? сомненья гложут. Надо, чтобы бутылка перевешивала... Тогда с ней интересно бегать. И замахиваться. Замах - и упал назад.. ну канешна! Только реже. Зато я буду к вам намного ближе...

Alex: вес ерунда! мне скинуть всего шесть кило. и я буду в форме.

Alex: Ну , берешь? В саботажники? Прям ты какая то... недоверчивая. Со мной можно в атаку. Беда только, что Дитрих с женщинами не воюет. Он из тех мужчин, которых лупишь кулаками, а они говорят "Осторожно!Руки отобьешь"

Dietrich: Слава небу вы это поняли! Но сейчас, я похоже, не с кем воевать вообще не могу. Отравился неизвестной дрянью вчера. Либо вино было недостойное, либо еда неправильная. Так же под подозрением слабый и притязательный желудок Дитриха… Дополз до компа. А тут смесь Молотова. Страшно до тошноты. А с дамами со смесью Молотова очень страшно облиться могут.

Dietrich: Так то. Переломаны пальцы. Потерялся бездомным в парке. И уже не помогут марки, В милый старый вернуться Зальцбург. Прорываясь минорным аккордом, Задыхаясь на склоне тучи. Он так просит, убив свою гордость, У небес, для реванша, случай. Проводами незначащих связей, Перерывами сердцебиенья, Но известна, агентам Stasi Вся структура его сомнений. От их глаз никуда не скрыться. Территории стали куцы. И придется опять смириться С тем что вновь не пришлось вернуться.

Eos: Придёста опять смириста... ( опять Эос вздыхаит..)

Dietrich: Моей тростниковой флейте. Моя флейта из тростника, Нет, не горн боевой. Формам в звуки перетекать, Шелестеть болотной травой. И мерцанием у дорог, Что уводит путника в ночь. В этих звуках забытый бог Клинописные сны пророчит. Переменчивый ветер ждет Подхватить, разметать и бросить. Кроткой музы моей полет На алтарь той, чье имя: Осень.

ROFL:

Dietrich: К «рассвету» Эос. Мне случалось в тебя стрелять. Не простить. Не забыть. Осознать не придется, Заглянуть любопытно за край: «как там мертвые спят»? Не очнется, На оклик истерик: «Вставай»! Мне случалось в тебя стрелять. Только знаешь, я не умею, Не исполнить приказ: «Огонь» Лик, что звезд далеких белее, Мне случалось в тебя стрелять. Боже. только не так… опять..

Dietrich: Диссонанс. Серебряной пулей над левым ухом. Штиль. Уходят неслышно, С землистыми лицами, ваши легенды. Он самый! Он плавает в вымыслах, пьет воду ртутную Леты. Он, Но не иначе провалится в снег по колено. Он, Бьется, цветным мотыльком в керамических стенах. Гробница фракийская, что никогда не найдется. Он бьется. Ваш мир, хрупкий шарик цветного дрожащего гноя. Чумного застолья. Бояться не стоит. Не боле. Вот врач. Он придет, все как есть в записях обозначит. Не плачьте. Ведь в списках не значится ваш невысокий полет.

Eos: Касаюсь с нежностью рукой... стали... Мы к колыбельке твоей фей звали... Из двух сторон Луна одной приближена.. И прядь волос в мой медальон сострижена...

Dietrich: Полководцу. (женское, фрагмент) Друг мой. Твои глаза закрыты. Друг мой, ты спишь вниз лицом. Отчего мне так жаль тебя? Отчего я так горько плачу? Я, увы, не вижу ничего вокруг и зову лишь твое имя. Я сижу на юной зеленой траве рядом с твоей могилой и зову тебя по имени. Но ты спишь так крепко, что не можешь ответить. Ты был всем для меня: моим щитом и мечом, моим рыцарем и верным слугой. Я видела блеск небес на твоих доспехах. Я видела синеву твоих глаз и бегущие отражения облаков. Ты был хрупким сосудом, поймавшим частичку небес, осколком цветного стекла, ловящим солнце. И вот ты разбит.Ты не можешь мне ответить. Ты мертв, а я сижу на холодной весенней земле, на светло-зеленой траве и вижу все те же бегущие облака. Небо вне отражения твоих глаз. Настоящее небо.

Анна Шелест: Да, по-женски получилось. Такой симпатичный белый стих. Только формат А5 совсем не нужен. - Он хорош для стихов с четким размером. Поэтому я бы рекомендовала иную разбивку: Друг мой. Твои глаза закрыты. Друг мой, ты спишь вниз лицом. Отчего мне так жаль тебя? Отчего я так горько плачу? Я, увы, не вижу ничего вокруг и зову лишь твое имя. Я сижу на юной зеленой траве рядом с твоей могилой и зову тебя по имени. Но ты спишь так крепко, что не можешь ответить. Ты был всем для меня: моим щитом и мечом, моим рыцарем и верным слугой. Я видела блеск небес на твоих доспехах. Я видела синеву твоих глаз и бегущие отражения облаков. Ты был хрупким сосудом, поймавшим частичку небес, осколком цветного стекла, ловящим солнце. И вот ты разбит. Ты не можешь мне ответить. Ты мертв... А я сижу на холодной весенней земле, на светло-зеленой траве, и вижу все те же бегущие облака. - Небо вне отражения твоих глаз. Настоящее небо.

Dietrich: Salut! Я рад, что получилось по-женски и стих. но это проза и фрагмент из истории, я ранние, кажется, складывал другие ее элементы. Но можно считать « Плачем» и тогда стихотворное построение вполне уместно.

Dietrich: Полководцу Друг мой, твой Бог Государство. Твой Бог земля и люди. Ты перепутал небо с отражением в осколках стекла и вот теперь ты стоишь на чужой земле, среди людей, которых считаешь врагами, ибо они дети другого народа и зовешь все, что ты любишь. Но никто не приходит к тебе. Твоя армия сломлена. Вы потеряны. Ваш бог не помогает вам, твой Бог - твоя земля и традиции. Ты так страстно любишь свою культуру, что не видишь за этим дыхание вечности. Смотри! Дети чужих народов разрушают твои города, их архитектура, фрески, мозаики. Ничего не останется. Ничего, из того, что ты так любил. Ах, друг мой, закрой свои глаза, видишь, тысячи людей пересекли ручей и их тяжелые сапоги замутили воду, подняли ил со дна и нарушили мерное движение вод, разбив на брызги отражение небес. И ты боишься, что небес нет больше. Подними голову, мой герой, твоя империя только отражение неба. Знай, смерть твоя близка. Ты вскоре будешь настигнут и убит теми, что врагом считают тебя. Твои земли будут поделены, а традиции твоего народа уйдут в небытие. Не жалей ни о чем, мой герой, подними голову выше, открой свои уставшие глаза. Смотри! Шар света уже прячется в темную щетину сосен, и красные всадники заката мчатся в бой с наступающими сумерками. Они желают сразить мрак. Они жили здесь целый день и не хотят ухода своего времени. Но их время закончилось, Лик Сияния уже наполовину скрыт холмами, поросшими лесом. Тьма наступает, и рассыпаются последними светлыми бликами доспехи рыцарей света. Настала тьма. Возможно, ночью будут звезды, возможно, выйдет луна. Спи мой друг, нет больше стен, на которых следует нести стражу. Настала тьма. Спи, мой герой, видя легкие пугливые сны, вечность подхватит тебя, и ты станешь травой, деревьями и луной. Сверчком, поющим о чем-то на ржавых доспехах поверженных. Спи, завтра будет совсем новый день и совсем другая империя. И наш Господин вновь наполнит твои ясные глаза отражением неба. Солдату. Солдат! Тебе не о чем беспокоиться! Небо отражается в твоих начищенных сапогах. Небо блестит на шлеме. На пряжке пояса твоего начертано « с нами Бог». О солдат, в твоих ясных глазах бегущие облака. Не волнуйся, ты умрешь за свою империю сегодня же ночью. Но ты веришь, что правда на твоей стороне. Ты веришь, и ты защищаешь своего Бога. Солдат, тебе не чего бояться, вы понесете поражение. Твои глаза залепит грязь, а форму машинное масло и кровь. Но это не страшно, ведь с вами Бог? вот. решил собрать вместе одну историю.

Анна Шелест: С ума сойти! На библейскую книгу Иова похоже :)

Dietrich: Я очень люблю «Цитадель» Экзюпери. И Ницше. ))

Анна Шелест: А мне больше нравятся Фрейд и Юнг, представьте себе. У них, хотя бы комплекса неполноценности, как у Ницше, не было. Впрочем, не подумайте, пожалуйста, что я наезжаю на Вас. Так, высказываю мнение о прочитанном. А Библия - отличная книга, между прочим. Мудрая. Кстати, Вы Паланика читали? Как Вам?

Eos: АААняяяя!!!! Фрейд!!!!! АААНННЯЯЯЯ!!!! С его-то комплексами.... У Юнга, по-моему, жуткое детство. А в Библии есть Песнь Песней....и Нагорная проповедь.... "Воззовет ко мне, и услышу его... Ангелам своим заповедает о тебе..." Ницше надо открыть и прочитать заново. Потеря памяти - вещь сугубо избирательная и неожиданная.

Alex: Аня!!! Фрейд и Юнг! Это все равно шо сказать таки шо мне нравится молоко и силетка ... Вместе.. аха.. Я корочи, за Юнга и супротив Фрейда. Все, можешь повесить меня на ближайшей асине.

Анна Шелест: Не, вы меня не поняли, деушки Фрейд и Юнг были беззлобными ребятами, хотя бы. А Ницше...его сильная личность...от комплексов сие И вообще, никто не обобщал - Фрейд - с теорией бессознательного - сам по себе, Юнг - с психотипами - тоже отдельно :)

Alex: Ницше-шмитцше, юнги-шмунги.... Протопоп Аввакум!

Dietrich: Дурное настроение. Дурное настроение: это я! Когда на каждый шорох звучит: «огонь»! И каждый непокорный разбит и смят. А враг, забившись в угол, от страха стонет. Дурное настроение, оно со мной, И нет ни милосердия, ни костылей, Дурное настроение паршой, чумой, И с каждым откровением, я только злей!

Alex: Ди, детка, кто испортил тебе настроение? Давай его нарисуем и иголков натыкаем, как старые вуду))) а можно еще на машинке прошить для верности)

Dietrich: SALUT! Сейчас подумаю… А разве поможет? Если только вот…. Вообщем пробки на дорогах, хуже чем в Москве… А раньше я думал, что это предел. Но нет… Очень душно в городе и людей много, не дождусь я того светлого дня когда они все вымрут и город порастет зеленью, утонет в ней как культура Майя. Сейчас гроза но кажется, капли испаряются не успев достигнуть асфальта… А Анхен я рисовать не буду она хорошая, но вредная. Все равно все скоро поглотит лес. Насчитал сегодня 10 мертвых крыс. Что стало причиной их безвременной кончины? Хлор в фонтане? Или зараза…? Так то.

Alex: Нет, Аньхен бы не будем подвергать вуду)))) Она украшает нашу жизнь. Более того, она сама еще тот вуду)) Как превратит нас с тобой в лягушек, будем брюхами по снегу прыгать...

Eos: Я вас расколдую... Не надо брюхами... Я вас поцелую, и расколдую. Специальными волшебными воздушными поцелуями.

Alex: Меня первую цаловать. Дитрих вообще обойдется. Он небритый. И еще, Эос, он называл тебя желтым земляным червяком!! да да, червяком!

Dietrich: Клевета. Клевета хороший повод: Умирать. Яд до дрожи так не ново, Опознать Не найдется, не удастся Убедить, Смотрит, из под бледной маски зло: Не жить… Жуть бежит по вялым венам Синим мхом, Погребом сырым истлелым Злым стихом. Замурованный в простенке Еретик, Клевета, порвались нервы День затих…

Dietrich: Я проезжал мимо. Не заметил. Слаб, был крик. Пламя и ветер. Все очень громко. Стрельба. Броня. Я не заметил ребенка, Но он заметил меня. Последнее что заметил, Нашей пушки оскал. Мне жаль. Был огонь и ветер. Но он об этом не знал…

Alex: А мы пойдем на север.. И тама переждем)))

Анна Шелест: Какую-то злую буку из меня сделали. А я всего лишь дала совет по доброте душевной, выказав тем самым расположение. Разве я не права - стихи лучше воспринимаются небольшими порциями. Потому и Вам и Кошке написала - вешайте по одному, дайте читателям возможность не только читать и сопереживать, но и осмысливать, ощущать "послевкусие". Вы ведь не накладываете в одну тарелку несколько салатов, котлеты, макароны, суп, десерт и компот? Эх, хотела как лучше, а получилось как всегда

Dietrich: Дело не в вашем совете, уважаемая Анна. Просто я злое существо с плохим чувством юмора и стойкой аллергией на пошлость. Считайте мою реакцию предвзятой. А стихи складывают, потому что ими хочется поделиться. Пишется. Понимаете? Я не имею отношения к литературе и правил подачи произведений не знаю, и мне случается есть сыр с медом и яблоками. С уважением.

Alex: Ди.... Так и говорят про то, что хочется чтобы поделились красиво... понимаешь? как яблоко на дольки и каждый кусочек прочувствовать. Я тебя категорически седня не понимаю, злобное существо....И прекрати клеветать на свое чувство юмора. Пажалиста..



полная версия страницы