Форум » Литературный салон » Dietrich (продолжение) » Ответить

Dietrich (продолжение)

Dietrich: Плоть, она прекрасно горит, Дым, он тошнотворен на вкус, А у мертвых праздничный вид И я рассмеяться боюсь. Что бы кожа не расползлась, На моих застывших губах, Вам и только вам, эта власть, Заточить меня в облаках. Пепел, он как облако сер, Вздох, он как цветок от стебля. И изломан верный Gewehr* ( Гевер – с нем.оружие, автомат.) Да и тот, кто мог бы стрелять. А весна, она для добра, И цвести должны бы сады, Очень жаль, пожар был вчера, Перевел цветочки на дым. Дамам, шляпки стоит носить, Дамам, полагается петь. Жаль, тебе меня не простить, Только если в небо смотреть. Плоть, она прекрасно горит, Пламя, очень ласковый зверь. Так, кому-то с ветром в зенит Покидать усталую твердь.

Ответов - 173, стр: 1 2 3 4 5 All

Анна Шелест: Dietrich пишет: А стихи складывают, потому что ими хочется поделиться. Пишется. Понимаете? Понятное дело - хочется Только знаете, Вы ведь вредите себе этой кучностью. Впрочем, это меня не касается - нельзя сделать человека счастливым насильно. Умываю руки. Всего доброго.

Eos: Эй! Через тучи будет солнце!!! Верьте Эос!!! Точки соприкосновенья - это сложная штука. Но они существуют. Они есть. Они не могут не быть.

Dietrich: « Я хорошо знаю русский я учу его долго, но совсем не понимаю термины, которыми местное население, что идет на сотрудничество с нашим режимом, обозначает направление цели и скорость, с которой туда нужно двигаться.» Из путевых заметок командира машины pz 5.

Dietrich: «Без вести пропавший» Без вести пропавшим быть лучше. Сам посуди, ты умер, но тебя не оплакивают вот так конкретно и пафосно. Был, такой чудесный и нет. И тебя медленно, тихо забывают, это исчезновение без трагедии, без ужасных подробностей. Свобода выбора для тебя. Им неважно, что ровно сейчас вот в эту минуту ты лежишь здесь с разбитой черепной коробкой и смотришь стеклянным глазом в молодые облака весны. Как они забудут тебя? Просто. Просто твои родители будут год от года раздаривать и выбрасывать все твои вещи. Все, что так бережно взяли с собой в эвакуацию. Друзья? У тебя остались друзья? Брось, только знакомые после всего этого они едва ли вспомнят тебя, в старости кто-нибудь из них прошамкает беззубой пастью: « А как сложилась жизнь моего соседа по парте»? Или какая-нибудь телефонистка вспомнит твой голос и завьет седеющую прядь на пальце: «Ах, вот был такой голос…Наверное он пел.» Ты пел. Это неважно. Пел не настолько хорошо, что бы кто-то этим восхищался кроме твоих знакомых. Медленно, без боли будет вытирать время следы твоего пребывания здесь. Будут ждать твоего возвращения. Сначала нетерпеливо, потом размеренно заводя настенные часы раз в неделю. Потом это станет таким привычным ощущением для ждущих, что даже сели бы ты вдруг пришел, они не перестали бы ждать тебя. Но ты не придешь. Ты лежишь в грязной воде заполнившей дно воронки. Глинистая влажная почва и мутная вода. Тебя никогда не найдут. Экскаватор, что будет работать здесь спустя пол столетия, размозжит твои хрупкие кости, изломает их острыми зубцами ковша. И тебя так никогда и не найдут. Потерянный, будешь бродить ты в царстве живых так и не ушедший в мир теней. Пропавший без вести. Ты бы очень желал передать эту весть из вечности но, это невозможно. Нет, Потерянный. Должна пройти вечность, прежде чем ты станешь собой. У тебя есть вечность для выбора. Блуждай же в коридорах своего безумия. Тщетно выбивай замурованные двери. Старухи смеются над тобой, эти ведьмы, что обитают в том же хаосе что и ты. Ты почти материален. Ты не мертв нет. Но ты так далеко от живых. Мир мертвых другой. Тихий прозрачный. Совсем иначе. Ты выбрал пропасть без вести. Не отвечать. Не значиться в списках. Так спокойнее без писем с траурной каймой. Да и не до писем уже. Безумие твоих иллюзий твоя тюрьма. Все кого ты любил непременно померещатся тебе но не скажут не слова. Многие из них еще живы многие, слишком многие мертвы. А ты без вести пропавший. Потерянный. И никому из них не увидеть тебя. Только маленький незнакомый мальчик как-то обратил на тебя внимание. Ты блуждаешь в коридорах своей сожженной усталой души. Ты потерялся там, на целую вечность. А вечность. Это не так много. Это вечность, только и всего.

nesin: ..Всё что от тебя осталось, так это твоё неотправленное письмо, которое, через много лет, нашёл следопыт Дитрих: "Дорогие Фрида, Вальтер и Гюнтер. Снова удалось написать вам письмо, у меня теперь почти нет времени - мы уже много дней на марше и тут уже не до писем. Сегодня первый спокойный день, будет ли так и завтра, мы не знаем, иногда идем назад, потому что здесь, под Москвой, творится черт знает что. Русские напрягли все свои силы - у них появилось много самолетов, которые постоянно нас бомбят, и танков, которые все под собой давят. Они так сильны, что наши танки ничего не могут сделать, и только артиллерия и тяжелые зенитки их уничтожают....." ...дальше бумага обгорела.... А знаешь почему у русских "появилось много самолётов"??? Потому, что они перестали запиливать фаски на гайках...

Dietrich: Верно. Все верно. Все стало понятно, после того как была захвачена первая такая «не эргономичная» 34. такая грубая и не слишком красивая машина. Верно у меня дурной вкус, но я всегда восхищаюсь ее формами. А «ИС 2» вгоняет меня в благоговейную дрожь. И славные, такие верные люди в черной форме с их малиновой опушкой на погонах ничего не смогли сделать. Ни- Че- Го так как плоть, она прекрасно гарит…

nesin: ..это же стало ясно и Эриху фон Манштейну! Он это вспомнил в "Утерянных победах" (1955г.)... но было поздно!.. Русские штамповали гайки, а арийцы продолжали их точить, тем самым роя себе могилу!... Хотя, увы, русские никогда не умели воевать! Тактика одна - драпать до Москвы и ждать "проклятый русский" мороз... А уж там, заполняя неровности рельефа телами - вперёд на Берлин!... Среди них были и мои предки и я этим горжусь..

Dietrich: Славная была охота. Мне очень жаль русские дореволюционные здания, искалеченные советским союзом и нами. Эти монастыри каменные надгробия утонувшие в земле. Когда я был в Великом Новгороде я плакал. Там очень многое разрушили именно из того, что я люблю. Человек скоротечен и его надежда на бессмертие здесь только в его делах. Его зодчестве и сказках, что создает он для своего народа. Без этого не за что будет воевать. Очень понравилось описание тактики. Отличная формулировка! Мой отец очень любит говорить: «последнего арийца убили в 45 и теперь только бюргеры» . Это когда у меня начинается очередной приступ патриотизма. Помогает. Я сейчас очень стараюсь разобраться с системой военных операций, которые тогда были. И теперь в голове моей каша. Так то. Странная была война.

nesin: ..Немцы достойный противник! О таком мечтает каждый настоящий зольдат!... В своё время я видел кусочек войны - это не то!... Ангола, Мозамбик - это война банд а не народа... Но льготы получил и слава Богу.... за инет меньше плачу! ))) А вот Гансы... о-о-о-о це круто!.. ...Дело в том, что сила Европы в камне! Только там можно было построить крепкий дом, который можно передать сыну... в России этого не было. Чуть война и всё сгорело... Но камень он разобщил Европу, оставив России огромные территории... Но даже, кода появился кирпич проблемы с наследством не исчезли! Потому, что появились "революционеры"!... мать бы их так!.. Я например, не смогу вернуть дом моего деда, которого из-за него шлёпнули в 37-м... Сейчас там школа... Так, что окромя баб на руси защищать нечего.... вот и прыгали пузом на амбразуры....

Dietrich: Ну, про женщин уже и не знаю. У меня как-то пока с ними здесь сложно. В России есть очень много памятников архитектуры каменного зодчества. В свое время меня поразили «Соловки». Мне было там жутко. Я впрочем, очень истеричен, можно списать это на мои хрупкие нервы. Но поверьте, там до сих пор пахнет кровью. Разного времени, кровью. И величие этого монастыря поражает. Россия невероятно красивая страна. И невероятно страшная.

nesin: С женщинами больше доверяйте инстинкту .... все они стервы!))))) А было так, что мыли золото а на ленте кости оставались вперемешку с самородками... "СЕРПАНТИНКА" … она же Чекай….Колыма, район Хатыннаха… Если кто благородством отмечен, Или просто крестьянин, но враг, То, возможно, в особенный вечер, Он узнает, что значит ГУЛАГ! …Серпантинка – река озорная, Наслаждаясь свободой хмельной, Между сопок бежала, петляя, Что бы слиться затем с Колымой. В небе кружится робко снежинка, Осень дышит прохладой своей, Почему-то вдруг, красная льдинка. Закрутилась у серых камней. Это там, где ущелье сырое, Где в тупик приводила тропа, Жизнь закончив, как дело простое, «Танец Смерти» сплясала толпа. Сдав не нужные тряпки и миску, Краем глаза, взглянув на барак, Кровью, брызнув на льдинке записку, Уносили заботы во мрак. Всё решали, обычно здесь трое, Уронив на бумагу печать, Попросили ребят из конвоя Страшный танец Луне показать. Те, легко выполняли работу, Приговор кое-как огласив. Пулемётчик брал первую ноту, Спиртом совесть свою утолив. Сколько раз, постояв у порога, В дверь стучал ненасытный ГУЛАГ? Мы ответим одно: «Очень много….» Да сожмём огрубевший кулак. Смерть опять ждёт вечернего клёва - Вдалеке от мирской суеты, В мерзлоту заколотят любого, Без гробов и могильной плиты…. -----Несин----- Это Колыма!... Слышишь, как воют волки?..на первом плане виден кусок колючки... Сколько штанов я о неё порвал!..

Dietrich: Спасибо. Соловки. Я не знаю имен. Не моя история. Я турист, я шагаю по вашим костям. Только ужас, живущий в твоих территориях В самом черном кошмаре не мерещился нам. Понимание порознь с пустой информацией, Удивительно кратким названьем ГУЛАГ, Мне бы знать для чего, и на крик не сорваться, И не сбиться на маршевый лязганья шаг. Вечно хмурое небо и море холодное, Этот форд заточений не меняет лица, Боги? Боги? Зачем? Даровали свободу мне, И потеряно имя того мертвеца?

nesin: Всё верно... Боги? Боги? Зачем? Даровали свободу мне, И потеряно имя того мертвеца? --- всегда надо делать выбор.. тебе просто повезло... ..я был на Майданеке - там костей больше.. вернее пепла...

Dietrich: Верно. Я никогда еще не решался посетить эти мемориалы. Эти «люди» запятнали нашу честь. Вернее утопили ее в гное и моче. Так недолжно быть никогда и не с кем. В ситуации советских концлагерей меня пугает то, что расстреливали «своих» но я уже сомневаюсь, что «люди» которые это творили, были «своими». У меня много разных воззрений на этот мир и если я о них начну рассказывать, госпожа Чандра сначала меня выгонит с форума, а потом поймает и что-нибудь страшное со мной все же сделает. Так вот. Несмотря на мои странные воззрения, скажу так. Смешивать военнопленных с гражданскими унизительно. Это унизительно для побеждающего. Чего мы хотим после этого? Что бы все пленные из под Сталинграда вернулись домой? Нет господа. Счастье всем даром и пусть никто не уйдет. А пить из той реки что была отравлена нашими предками нам предстоит еще долго. И я не буду делать вид что не имею к этому отношения. Иначе как-то совсем невозможно стыдно. Мы ведь не инопланетяне верно? И не у кого из нас нет документа или амулета что спасает от повторения ошибок. И еще один славный очаровательный аспект. Людей нельзя убивать не потому что это неприлично. Это плохо. Это вредно для тех кто остается жить. Мир полный потерянных несчастных призраков не слишком приятен. Впрочем, все это сами знают. Пойду смотреть сдох мой стриж или нет. Он в коробке у холодильника.

inki: Здравствуйте)))))))) Дежурный пришёл, за просто так познакомиться. Обязательно сделаю это пристрастно и пристально. Ну и Рад новым активным и , интуитивно чувствую, самодостаточным авторам! До видзенья.

Dietrich: Salut! Очень рад, что вы появились. Без стука растворяются врата, В них чередой чарующих движений Втекает сладкий запах разложенья, И засыпает страхов суета. Так мы танцуем перед вашим днем, Вы мечитесь своих исповеданий. Мы здесь! Мы есть! Конвульсии терзаний, На мягких лапах в сумрак заберем. Он, без короны, умерший монарх, И генералы без значков отличий, Где наша Тула? Только голос птичий Дрожит, синея тенью на ветвях.

inki: Dietrich пишет: Без стука растворяются врата, В них чередой чарующих движений ...но нам ещё до этих разложений писать и графоманить дочерта Спасибо, я к Вам как нибудь зависну с погружением и выдам пресс релиз.Пока разгребаю завалы отсутствия. И тоже Вам рад!

Dietrich: Психолечебница. Зацепило глаза, Понеслось. Не к успеху. «Как спалось тебе?» «Не спалось» - давясь смехом. А потом чернели круги, Как звенело в висках от свинца! Я тану в тишине. Помоги! Твоего коснуться лица! Но дверной заложен проем, Вместо арок вновь кирпичи. «Мы умрем? Опять все умрем»? Но уснув, «Монитор» молчит. И танцуют, смыкая ряд Поперечной восьмерки* бес, Вечность? - Мой возлюбленный ад. Жаропрочен. В страну чудес…

inki: Dietrich пишет: Россия невероятно красивая страна. И невероятно страшная Очень в точку.. Я Вас читал... Исходя из тонко-организованной материи вашего внутреннего "Я" пришёл к выводу, что вы напоминаете мне бумажный кораблик на горной реке..Я не буду говорить о технике, я вообще её большой нелюбитель, за что часто по морде лица и имею...тематика, настроенческое, смысловое - очень близко, особенно по последним собственным весям. Потому я глубинного погружения пока делать не стал, токо-токо всплыл)) сам, не заплывший жиром, поэтому пока вот что... Вам не кажется, что Вы живёте вслед за Вашими стихами? Сначала напишете, а потом их проживаете.. Наверное я заведу в салоне ветку (вроде той, что про любовь) про нелюбовь в самом широком смысле - нас часто не любит жизнь, события, настроение, продавцы, чужие , ..и тогда мы об этом рассказываем ..вроде как и легче становится. Но есть еще один потрясающий эффект у таких стихов, мы это как-то обсуждали со-товарищи - Вроде стихо уныло-депрессивное, но изнутри бьётся такая жилка, живее самораспаковывающегося оптимизма , что прочитал, и как говорят - отпустило.Со знанием дела, что колбасит не тебя одного))) Dietrich пишет: - Мой возлюбленный ад. Жаропрочен Тефлоновый)))

Dietrich: Salut! О! Со мной разговаривают! На меня обратили внимание, Ура! Так вот. Сначала я проживаю ситуацию, и потом она вызревает в стихи или прозу. Конечно, случается интуитивно описывать то о чем мозг пока не знает, то есть официально нет информации, и радоваться когда приходит подтверждение… Идея насчет ветки забавна, только вот в моих стихах любовь и нелюбовь переплетены слишком тесно. А над факторами раздражения я, обычно, просто смеюсь. Чего и вам искренне желаю. Жиром не заплыл тоже, только вот несколько бронирован. «Обида и сомненья и ты уже в плену»… Мне будет приятно, если вы почитаете, то, что я понял для себя про этот мир. И очень любопытно, что вы поймете из моих стихов. Если что-то будет неясно - спрашивайте, я отвечу. С уважением.

inki: Dietrich пишет: Мне будет приятно, если вы почитаете, то, что я понял для себя про этот мир. И очень любопытно, что вы поймете из моих стихов. Конечно, Дитрих! неспеша и с удовольствием ...буду оставться на ваших страницах тонкокожим потоком сознания Только вчера и обнаружил, что зимний "всплеск" и есть дело Ваших рук) Это приятно!

Dietrich: Да? Я об этом не думал..

Dietrich: Милостивый Бог - Порвать на части врагов. - Мой друг, но их слишком много! Удары твоих шагов - полет холостого хода. Я знаю, ты будешь бить, Почти бесприцельно, точно. Ты призрак. Тебе не жить В мирах логичности прочной. Вновь выскользнул за порог Растаял в лучах рассвета, Крылатый и мстящий Бог Испивший из грязной Леты… Прощения не просить, Безумие как награда Статичность не победить Мой тлен в укрытие сада. Лучистый сверкающий день В нем остов той Византии И зрячие камни стен Что всех и за все простили. А Римские небеса? Как травы и белый мрамор… Мой бог, меня не бросай На марше к Альфа Центавра.

Dietrich: К годовщине битвы под «Прохоровкой» И я надеюсь, но надежда все слабее… Почти не бьется. Tut mir wehe. Вдох. Выдох. Ту - Тук. Ту – Тук. Часы: Тick. Tick. Tick Tack. Не в такт. Тук Tick. Tick Тук. И звук. tick. tick… затих…

Alex: все гениальное... !!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!

Dietrich: Спасибо. Там так и было…

Dietrich: Конечно! Нам не ответят Так точно! Нас не разлюбят Боятся, Живые смерти Но нас она не погубит Мы руны - волшебным следом В разгромленном Мерсебурге, Горящим, каплющим бредом, На празднике С. Вальпургии. Один эпизод историй, Эпиграф для новой славы Играй же! Наш лепрозорий, В дубовых листьях и лаврах…

Dietrich: Все для нее. Все для нее: Бледный лик восходящей луны, Поглощающей черную шерсть Вечных сосен на синих хребтах. Все для нее. Удлиненный скользящий галоп По дорогам без острых краев Где полУночник дико кричит. Все для нее. Витиеватый орнамент воды, Что вторгается в сферу основ - Скользкой рыбы немые глаза. Все для нее. Он навек заточил в светлый шар Горький камень неведомых стран Он оставил лишь росчерк огня: «Ты для меня»

inki: Dietrich пишет: Удлиненный скользящий галоп По дорогам без острых краев Где полУночник дико кричит. Дитрих..шикарно у Вас получилось на острой грани эмоций, настоящих без флёра и надуманности.Я очень люблю, когда слова зажигают по-новому, у Вас получилось

Dietrich: Я благодарен. Ведь мертвых достойно оплакать. Тех, кто потерян. Тех, кто зажат между сосен. Старые замки, Разбитые тяжестью взрывов. Тонущий бриг уходящий в бездонную осень. Я благодарен, Помня стон рвущихся траков. Вместо воды дождь подарит сеченье шрапнели. Из чернозема, Звучит, горстка вальсовых тактов Только осколки Все те, что истлеть не успели.

Dietrich: Случилось, как-то мне уснуть на побережье. Так море ласково шептало ля минор. И влажного песка томила свежесть, И запах рыбы, и сосновый бор, Над красными холмами ощетинясь Гудел неторопливо о своем. И я уснул, лицом к небесной сини Прозрачным и почти осенним днем. Мне снились дней улыбчивых парады. Моих любимых женщин череда, Вождь, что кричал: «Не бури, не преграды! Не остановит враг нас никогда»! Я мирно спал, укутан сновиденьем Под рокот моря и под чаек крик И мне казалось, что не будет тленья, И мне казался неподвижным миг. Бестактно Безнаказанно и пошло! Был прерван дремы сладкий тот поток Мне показалось, бешенная лошадь Копытом мне расплющила висок. Нет, это мальчик маленький с сестрицей, За труп меня уснувшего приняли, Желали знать: могу ли шевелиться, Для пробы в голову мне бросили камнями. Ах, что с детьми? Совсем другая сказка. Пожалуй, вам я расскажу ее потом. Жестокий? Что вы! Сам любовь и ласка. Ну, даром, что с мечами и крестом…

Dietrich: Ждет меня за холмом Триумфальное чувство Потери. Ждет неистовый Хор – ритуальный Источник Огня. Хоровод Темноты, что срывает с Глазниц Лицемерье, Принимая как данность разбитые Части меня. Выплавляя в единое: Ненависть, Кровь и Осколки. Ясных Бликов улыбчивый и благородный Палач Он нанижет Фрагменты на красные стрелок Иголки И запишет в Статистику Мины моих неудач. Заклеймив Небеса восхожденьем в четыре Ступени Наперед завещав этот яростный облик Врага Боль вернет мне Лицо, остановит процесс разложенья, Заморозив гангрену в чужих и бездонных снегах.

Alex: Ди, как всегда молниеносно, как всегда стремительно и жестко, и потрясающе - тоже как всегда. Ты умница. Сколько в тебе этих гениальных строчек умещается?) В таком худом туловище?) Ты слышишь музыку...и даешь ее услышать нам. Спасибо тебе.

Dietrich: О! Со мной разговаривают… Спасибо…

Alex: Прибью тебя)) - Оно разговаривает! - вскричал Ди и спрятался под стол.... - О, майн гот... И кажется оно не просто разговаривает... самое ужасное.. Оно со мной разговаривает!

german: Вообще очень красивое мироощущение... Конечно немецкое, конечно русское Я вижу Ницше под куполом монастыря Он молится воюя как Ремарк Умирает и рождается, как свет фонаря Патологоанатом воспевает морг

Dietrich: SalÜTT!!!! Он видел Рильке под кустом, Под нарисованным кустом. А куст парил, куст ввысь парил, И на латыни говорил: "Si vis pacem, para bellum!" Теперь ноль два и девять целых… Спасибо камрад развеселил..

Dietrich: Приходите в мой старый парк, Где забытые бастионы. Мертвый форд, где пылится мрак, Где как мех трава на донжонах. Приходите растить мечты О стратегиях превосходства Я лишь тень, я часть немоты Устаревшего производства. Приходите в мой дом пустой Где события и легенды Я один со своей судьбой Со своей усопшей победой. Я умею читать листву По прожилкам вчерашней почты, Не дошедшей к вам, в ту весну. Компас мой утративший точность, Все твердит, что мне на восток И цветут побеги распада Приходите допить мой рок Что с миндальным привкусом яда. Здесь прошедшее это явь Флейта ткет здесь маршрут на карте К отсеченью церковных глав И убийствам во славу партий. Приходите лечить мой бред Брешь времен как песок по венам Приходите, меня здесь нет Только запах огня и тлена.

Dietrich: Муха ползет по стеклу Бледными яйцами дней, Брюхо ее полно. Месяц чахоточных снов Выжженной меди пустой Полон его колпак. Он один из червей Ранее высижен был Но по теченью уплыл, Разложению в такт Вторит калека парк Вновь для зимы готов Месяц чесоточных слов И внеутробных детей Желтые руки молвы Вынут глаза небесам Выпьют До декабря И сорвутся на Си Средь усталых осин Тени мертвых бродяг Обещающих нам Не сноСИть головы. Муза ползет по стеклу Ищет гнездо глазниц Ищет надежный дом Новому месяцу сна Обратится в золу Выбравшись из яиц Станет грязью потом В которой нищие ниц. Осень маршем на плац. Осень дым из бойниц. Осень вышла в тираж Осень вышла в тираж Осень палач и страж…

Eos: Осень Разошлет по пространству Своих перепончатокрылых Будут в медленном танце Под какие-то звуки небесных органов Или, может, не так Под мое фортепьяно Что-то там искажать в переменчивом мире Изменять, зарисовывать, Может, откладывать яйца.. Или просто летать по моей захламленной квартире..



полная версия страницы