Форум » Изобразительное искусство » Музы » Ответить

Музы

Chandra: Посвящаю тему женщинам, вдохновлявших поэтов и художников. Если кто-то может поделиться интересным рассказом - сюда, пожалуйста.

Ответов - 23

Chandra: Моя любимица – графиня Юлия Павловна Самойлова , 1803-1875. Роскошная красавица, вдохновлявшая Карла Брюллова, стала главной музой его творчества. С тех пор, как он узнал её, он пишет в картинах только её лицо. Её вы узнаете в «Вирсавии», «Турчанке», во всех женских образах «Последнего дня Помпеи». Самойлова была урождённая Пален. В своих трёх браках она сохранила фамилию первого мужа. Самойлова прожила яркую жизнь, окруженная артистами и художниками, которым всегда покровительствовала не из корыстных соображений славы для себя, а просто от щедрости души. Она всегда была очень богата и потому очень независима. Большую часть жизни она прожила заграницей – 40 лет в Италии и Франции. Выжил её из России Николай I, которого она очень раздражала независимостью суждений и тем, что в её имении «Славянка» постоянно собирался цвет петербургского общества.. император даже предложил ей продать свою дачу двору. На что она ответила ему: «Ездили не в Славянку, а к графине Самойловой и, где бы она ни была, будут продолжать к неё ездить». Именно она начала первая кататься на Стрелку, на Елагином острове, потом эти катания вошли в моду. В Милане у Самойловой был роскошный дворец, где её окружали Верди, Россини, Доницетти, Беллини, Пачини. Около Парижа – имение Груссе, где была прекрасная коллекция художественных вещей.

Chandra: Написав "Итальянский полдень", вызвавший недовольство императора и Общества поощрения художников, Брюллов невольно воплотил в нём свой идеал женской красоты. Ему нравились женщины итальянского типа, яркие,с широко расставленными глазами, с блестящими черными волосами. Невероятно,но он встретил свой идеал в русской графине Юлии Самойловой. Мне кажется, этот её портрет с воспитанницей и арапчонком передаёт всё его ослепление. Периоду его отношений с Самойловой принадлежит его высказывание "Только женщиной могло увенчаться мироздание". Красота пылкой и своенравной Юлии вызывала много сплетен. Их роман был безумен, они были даже близки к браку,но слишком мятежные по натуре, видимо. не решились на него.

Chandra: Вот нашла в инете кое-что: Карлу Брюллову было свойственно иногда недооценивать как собственный талант, так и силу своего обаяния. Хотя за внешностью молодого эллинского бога скрывался, как писал один из современников, "космос, в котором враждебные начала были перемешаны и то извергались вулканом страстей, то лились сладостным блеском. Он весь был страсть, он ничего не делал спокойно, как делают обыкновенные люди. Когда в нем кипели страсти, взрыв их был ужасен, и кто стоял ближе, тому и доставалось больше". Известна история, как из-за несчастной любви к нему бросилась в Тибр и утонула молоденькая девушка Анриенна Демулен. Нельзя сказать, что Брюллов остался вовсе равнодушен к смерти юной девушки. Но примерно в это же время он знакомится с дивно красивой, невероятно богатой, экстравагантной, часто бросавшей вызов общественному мнению графиней Юлией Павловной Самойловой. Их словно соединил рок. Как раз тогда же в салонах Рима шептались о "бедном корнете Эммануиле Сен При", которые не перенес ее холодности и застрелился. ...Юлия Самойлова ответила на его любовь. Но то чувство, которому суждено было соединить их на долгие годы, оказалось на столько своеобразным, что подлило новую порцию масла в и без того бушевавший огонь светских сплетен, не утихавших в Петербурге, несмотря на удаленность от Италии. В ту пору Юлия освободилась от очередных брачных уз, но казалось, что ни она, ни экстравагантный модный живописец не только не стремятся к семейному союзу, но даже и не думают о нем. А между тем не скрывают своих близких отношений. По мнению знавших ее людей, в те годы графиня резко изменилась. Привыкшая повелевать, к Брюллову она относилась как к жрецу высокого и вечного искусства и чувствовала себя рядом с ним пылкой поклонницей. "Никто в мире не восхищается тобою и не любит так тебя, как твоя верная подруга..." - писала она художнику. Поначалу они всюду появлялись только вместе. Яркая, статная красавица и невысокий экспансивный Карл были запоминающейся парой. Вдвоем они путешествовали по Италии. Но и в разлуке их тяга друг к другу не ослабевала. "Люблю тебя более, чем изъяснить умею, обнимаю тебя и до гроба буду душевно тебе приверженная Юлия Самойлова" - письма, содержащие подобные признания, находили художника, где бы он ни странствовал вдали от подруги. Но между тем на личную свободу никто из них по-прежнему не посягал. "Между мной и Карлом ничего не делалось по правилам", - признавалась Юлия позже. Их отношения были выше привычных представлений о морали. Даже ревность была им чужда, более того, они никогда не скрывали друг от друга своих любовных похождений, которые время от времени случались. "Скажи мне, где живешь и кого любишь? Нану или другую? Целую тебя и верно буду писать тебе часто", - обращалась Юлия к своему возлюбленному. Ни кратковременные разлуки, ни романчики не могли сделать их отношения менее нежными. Доказательством тому служат письма графини, адресованные художнику, и его картины. отсюда Всё правильно. " Мой дружка Бришка" писала она ему в письмах.

Chandra: К её образу очень подходят стихи Пушкина ПОРТРЕТ С своей пылающей душой, С своими бурными страстями, О жены Севера, меж вами Она является порой И мимо всех условий света Стремится до утраты сил, Как беззаконная комета В кругу расчисленном светил.

Chandra: Эта картина была написана по заказу Самойловой. Здесь изображены её вопитанницы - дочери итальянского композитора Пачини, который не мог дать им аристократического воспитания и вообще был очень занят - писал оперу "Последний день Помпеи". Это любимая тема в Италии того времени. По названию этой оперы, кстати, Брюллов и назвал своё полотно. На лошадке старшая - Джованина ( она же только в более нежном возрасте изображена в самом первом портрете Самойловой с арапчонком и воспитанницей). на крылечке младшая Амацилия.

Chandra: Вирсавия

Chandra: Здесь все женские лица повторяют лицо Самойловой

Chandra: Очень интересная информация о Самойловой, об имении Славянка вот здесь Но, пожалуй, самый блестящий период существования усадьбы, который доставил ей почти легендарную славу, начинается в 1820-х годах, когда имение переходит к последней владелице из рода Скавронских Юлии Павловне фон дер Пален. В России о ней худо шелестела молва… Вкрадчиво, бархатно, с испуганными паузами, с оглядкою на несметные богатства и древнюю фамилию, несомненную близость к царственному роду Романовых, но все равно - худо! Светские дамы, горделиво и заносчиво, с презрительною усмешкою дергали оголенными, обсыпанными пудрой плечиками при звуках ее имени, будто говорили: « А чем мы - хуже?!» ================================================ К. Д. Крюгер, автор книги «Замечательные женщины XIX столетия»: «В 30-е годы XIX столетия в обществе, под влиянием идей романтизма, возник новый тип великосветской женщины, свободной, дерзкой, блестящей. Таких дам называли «львицами». Они зачитывались романами Жорж Санд, курили, пренебрегали условностями и нередко имели очень бурную личную жизнь». Графиня Юлия Павловна полностью соответствовала этой характеристике: независимая, образованная редкостно для женщины того времени, прекрасно разбирающаяся в искусстве, музыке, литературе, она прислушивалась лишь к голосу своего сердца и делала только то, что оно, беспокойное,граф Джулио (Юлий) Литта подсказывало ей! последний портрет Юлии Самойловой был написан в момент появления её в петербурге в 1836 г "Портрет графини Юлии Павловны Самойловой, удаляющейся с бала с воспитанницей Амацилией Пачини" ( то подросшая Амацилия рядом) К тому времени жизнь развела прекрасную Юлию и художника. Он жил в Петербурге, очень томился от своего звания придворного художника, совершенно упал духом из-за неудачной женитьбы, на которую он возлагал надежды на счастье и очаг. Мало того серьёзный психологический срыв, внутреннее одиночество привели его в компанию кутил ( очень. я вам скажу,изысканная была компания - Нестор Кукольник и Фёдор Глинка, каждый по своим причинам утешались в трактирах выпивкой и обществом известных дам). За свои трактирные похождения Брюллов ( и это великий Карл!, вызываювший трепет и восхищение) был подвергнут остракизму , его бюсты были удалены из аристократических гостинных ( так далеко завело поклонение ему, что бюсты Брюллова работы Витали были нарасхват). Он оказался в духовном вакууме, разбитый болезнью. И вот как раз тогджа, когда дружить с Брюлловым было неприлично, явилась Самойлова, всегда равнодушная к общественному мнению. Она взяла его за шкирку, как котёнка, она увезла его в своё имение, созвала консилиум врачей, вылечила, и главное опять доказала свою дружбу и преданность. Недаром он говорил, что Юлия кроме любви одарила его почти мужской дружбой. В благодарность за это был написан символический портрет. вт орое названите которого "Маскарад". Имелся в виду маскарад жизни. Самойлова удаляется с него, гордо снимая маску, как бы говоря, что она ничего общего не имеет с этим миром лжи и лицедейства.А на втором плане ( обратите внимание) изображена сцена купли- продажи: некто в маске Меркурия торгуется с восточным купцом из-за наложницы. Прекрасный портрет "Портрет графини Юлии Павловны Самойловой, удаляющейся с бала с воспитанницей Амацилией Пачини" так и оставшийся неоконченным, оказался у нее в Милане уже после смерти Карла Брюллова в 1852 году. Она им очень дорожила, впрочем, графиня восхищалась всеми творениями "дорогого и оплакиваемого Бришки" - как нежно звала она своего любимого. На целых 23 года пережила она Карла, но эти годы не принесли ей счастья: четырежды Юлия Самойлова была замужем, и все браки были недолговечными. В последний, четвертый раз графиня вышла замуж в 60 лет. Умерла она в Париже в 1875 году.

Robi: Варвара Дмитриевна Римская-Корсакова Варвара Дмитриевна Римская-Корсакова, ставшая прототипом одной из героинь романа Льва Толстого «Анна Каренина», была звездой высшего света Москвы и Санкт-Петербурга. Надменный и капризный Париж склонялся в восхищении перед красотой той, кого называли «Венерой из Тартара». Она затмевала саму французскую императрицу Евгению, чем вызвала большое недовольство последней. Об остроумии этой женщины ходили легенды, а её ноги поклонники считали «прекраснейшими в Европе». История жизни этой блистательной россиянки, от одного присутствия которой мужчины всей Европы впадали в благоговейный транс, достойна внимания современников. На костюмированный бал зимой 1863 года Варвара Дмитриевна прибыла в костюме жрицы Танит. Наряд Римской-Корсаковой состоял... из одной только газовой ткани. Прозрачная материя, понятно, абсолютно не скрывала природного естества. Великолепная фигура русской гостьи предстала перед взором ошарашенных гостей практически в первозданном великолепии. Публика буквально онемела. Скандал! Лицо супруги Наполеона в одно мгновение покрылось жуткими красными пятнами... Подоспевшие жандармы попросили дерзкую даму немедленно покинуть зал. Эта сумасшедшая выходка лишь прибавила Варваре Дмитриевне популярности в обществе. Умерла Римская-Корсакова сорокапятилетней вследствие сердечной болезни. Сын Николай продал ее поместье во Франции и вернулся в Россию к отцу, где позже женился на Катеньке Араповой (дочь Натальи Николаевны Пушкиной от ее второго брака с Ланским в свое время вышла замуж в семью Араповых). Дочку Николай Николаевич назвал Варей - в честь своей матери. Франц Винтерхальтер писал русскую красавицу дважды. Один портрет висит в пензенском музее, второй занял почётное место в парижском музее Орсе. И, кажется, художник сам был не равнодушен к этой великолепной светской львице. На его картине Римская-Корсакова не просто красива, она ослепительно прекрасна. Даже самый придирчивый ценитель женской красоты не найдёт ни малейшего изъяна в этом безукоризненном лице. А заметная личная симпатия художника не позволяет отнести изображение Варвары Дмитриевны к числу обычных парадных портретов, мастером которых считался Винтерхальтер. ------------------------ Поводом к написанию этого стихотворения послужила книжная закладка с портретом Варвары Дмитриевны Римской-Корсаковой: Красивой женщины портрет Закрыл собой слова и мысли, Что из глубин столетий вышли, Неся умам прозренья свет. Прижав к пленяющей груди Густой поток волнистой меди, Там царский взор склонила леди, Тревог не видя впереди. Улыбку ангела в губах Лишь уголками предвещая И ничего не обещая, Открыла всё, что прячет страх. Упрямо ищущий ответ Кипит, сжигаем жаждой знанья, И... остужает мысль желаньем Красивой женщины портрет.

Chandra: Роби, это твоё стихо? Спасибо, дорогой! И вообще интересно. А откуда эта информация, что она прообраз Анны Карениной? Я не знала. Впрочем я из области литературы такими подробностями не владею.

Robi: Ляля, у меня написано: ставшая прототипом одной из героинь романа Льва Толстого «Анна Каренина» Супруги Римские-Корсаковы регулярно появлялись на балах, посещали лучшие гостиные и вообще были дружны. Лев Николаевич Толстой вывел эту заметную чету в образе Корсунских в своей «Анне Карениной». «Лучший кавалер (это о Николае Сергеевиче. - Л. В. ), главный кавалер по бальной иерархии, знаменитый дирижер балов, женатый красивый и статный мужчина». А в «невозможно обнаженной красавице Лиди» легко узнается Варвара Дмитриевна. Кто теперь узнает, что на самом деле скрывалось в недрах роскошного особняка Римских-Корсаковых? Когда между супругами возникла неприязнь или обида, почему разладились светлые отношения? Впрочем, жизнь двоих - всегда тайна... --------- А стих мой: http://www.stihi.ru/poems/2003/11/25-04.html

Chandra: Эмма Гамильтон, Леди Гамильтон (Lady Emma Hamilton) (26 апреля 1765, Честер — 15 января 1815, Кале) — возлюбленная британского адмирала Горацио Нельсона. Благодаря своим скандальным любовным интригам, красоте и художественному таланту леди Гамильтон была в конце XVIII — начале XIX вв. настоящей европейской знаменитостью. Портрет Джорджа Ромни Эмма Гамильтон в 1780-е гг. Эмма Гамильтон, урождённая Эми Лайон (Amy Lyon) родилась в Честере, в английском графстве Чешир. После смерти своего отца-кузнеца она воспитывалась у дедушки и бабушки, а её мать зарабатывала на жизнь, торгуя углём. С 1779 г. Эмма проживает в Лондоне, где идёт в услужение. К 1782 г. она уже успела заслужить скандальную известность, став любовницей нескольких мужчин и поучаствовав в обнажённом виде в представлениях шотландского шарлатана Джеймса Грэхэма в качестве богини здоровья. В шестнадцать лет Эмма забеременела. Родившегося ребёнка он отдала на воспитание своей бабушке, а сама, сменив имя на Эмма Харт (Emma Hart), осталась в Лондоне в качестве метрессы Чарльза Гревилля, который и представил её своему дяде, сэру Уильяму Гамильтону, послу Британии в Неаполитанском королевстве. В 1786 г. Эмма поселилась в Неаполе в доме 35-летнего британского посла. В 1791 г. сэр Гамильтон и Эмма поженились, чем вызвали большой скандал в кругах английской аристократии. В Неаполе Эмма занимается искусством: для знаменитых гостей она проводит представления живых картин, изображающих классические произведения искусства. Среди почитателей её искусства был и Гёте. Благодаря своим представлениям, которые Эмма называла аттитюдами, она завоевала славу артистки, которую, по мнению историка искусств Ульрике Иттерсхаген, можно сравнить со славой Мэрилин Монро в XX в. Красоту Эммы Гамильтон запечатлели на своих портретах художники Ангелика Кауффманн и Йоганн Генрих Вильгельм Тишбейн. К этому периоду времени относится близкая дружба Эммы с королевой Марией-Каролиной Австрийской, супругой Фердинанда IV Неаполитанского. Благодаря королеве Эмма знакомится с английским адмиралом Горацио Нельсоном и становится в 1798 г. его возлюбленной. Сэр Гамильтон, очевидно, терпимо относился к этой связи, по некоторым мнениям, он даже поощрял её. В 1800 г. любовный треугольник переместился в Лондон, обеспечив скандальными заголовками местные газеты. В 1801 г. родилась дочь Эммы и Нельсона Горация, сэр Уильям умер в 1803 г. После его смерти Эмма Гамильтон поселилась с Нельсоном в небольшом домике в Уимблдоне на юге Лондона. После гибели адмирала Нельсона в 1805 г. в Трафальгарской битве леди Гамильтон оказалась в сложном финансовом положении: наследство сэра Уильяма потрачено, и к 1813 г. она была в долгах. Просьбу, содержавшуюся в завещании национального героя Англии адмирала Нельсона, позаботиться о его возлюбленной английское правительство оставило без внимания. Эмма Гамильтон умерла от цирроза печени вследствие алкоголизма 15 января 1815 г. в Кале, где она скрывалась от своих кредиторов. Богатая приключениями и скандальная жизнь красавицы леди Гамильтон увековечена в многочисленных романах и театральных пьесах. 20 декабря 1921 г. состоялась премьера фильма Ричарда Освальда «Леди Гамильтон». Эдуард Кюннеке написал оперетту «Леди Гамильтон» (сюжет искажает исторические события), поставленную в 1926 г. В 1941 г. появился второй фильм — историческая мелодрама Александра Корды «Леди Гамильтон» («That Hamilton Woman»), в главных ролях в которой снялись Вивьен Ли и Лоуренс Оливье. Уинстон Черчилль считал этот фильм своим любимым и по некоторым данным посмотрел его не менее 83 раз. отсюда Джордж Ромни (англ. George Romney; 26 декабря 1734 — 15 ноября 1802) — английский художник-портретист.. В 1782 г. Джордж Ромни познакомился с Эммой Харт, которой предстояло стать леди Гамильтон, и она стала его музой: Ромни нарисовал более 60 портретов леди Гамильтон, частично в картинах на исторические или мифологические сюжеты Lady Hamilton as Cercee George Romney 1782 Emma Hart, later Lady Hamilton, in a Straw Hat 1782-84 � George Romney, 1734-1802 lady hamilton by george romney George Romney - Emma Hart as Ariadne lady hamilton by romney

Chandra: В предверии праздника кстати вспомнить женщину, которая создала образ принцессы, рисующийся маленьким девочкам. МАРИЯ-АНТУАНЕТТА (1755-1793) автор - художница Виже-Лебрен Французская королева, жена (с 1770 года) Людовика XVI. Дочь австрийского императора. Казнена в годы Великой французской революции. Жертвы бессмысленной человеческой жестокости в истории надолго остаются в памяти людей, словно постоянно напоминая нам о собственном неразумии и несовершенстве. Конечно, в поведении Марии-Антуанетты можно найти промахи, которые якобы привели ее к гильотине, но они кажутся вовсе несущественными перед роковыми обстоятельствами истории Франции, страны, где молоденькой австрийской принцессе выпало принять корону. Мария-Антуанетта была младшей дочерью императрицы Марии-Терезии и Франца I, правителей Священной Римской империи. Когда девочке исполнилось десять лет, ее отец умер, оставив жене империю и восьмерых детей. Мария-Терезия оказалась весьма деловой женщиной, она не только отлично управляла государством, но и устроила своим отпрыскам удачное будущее. Самую блестящую партию австрийская императрица уготовила младшей дочери. Мария-Антуанетта была помолвлена с наследником Франции - Людовиком. Девочку старались воспитывать как будущую королеву. Она ни в чем не знала отказа, училась повелевать и чувствовала себя уверенной среди тысяч направленных на нее глаз. Вместе с тем по характеру Мария-Антуанетта росла беззаботной, веселой хохотушкой, не слишком привлекательной, зато очень легкой в общении, с живым ярким темпераментом. Поскольку девочка была младшей, то ее, конечно, баловали. Когда Мария-Антуанетта собралась отправиться во Францию, ее, пятнадцатилетнюю, поддерживала неизменная убежденность, что благодаря своему очарованию она всегда сможет добиться того, что ей нужно. Итак, одетая в атласные одежды, украшенная драгоценностями невеста покинула отчий дом, чтобы больше уже никогда туда не возвратиться. При прощании мать подарила девушке маленькие золотые часики, которые навсегда остались талисманом Марии-Антуанетты. На границе невесту встречал великолепный свадебный поезд во главе с дедом принца, здравствующим королем - Людовиком XV. Последний, слывший большим знатоком по части слабого пола, остался доволен собственным выбором для внука. Принцесса была само очарование, и она, несомненно, придется ко французскому двору. Но жених Людовик несколько разочаровал Марию-Антуанетту. Неуклюжий малый, глуповатый юноша больше всего в жизни интересовался хорошей едой, однако не отказываться же теперь от французского престола, тем более что жених благоговел перед принцессой. Пройдут годы, но Людовик будет так же восхищаться женой, как в тот первый день их знакомства. Свадьба состоялась 16 мая 1770 года. Украшенный кортеж следовал по улицам Парижа, восторженная толпа горожан кричала здравицы счастливой невесте. Каждая из девушек хотела бы оказаться на ее месте. Но грандиозный фейерверк закончился печально: началось настоящее столпотворение - люди бросились к бесплатным угощениям, в давке многие погибли. Когда мертвые тела отвозили для опознания, по городу поползли зловещие слухи, что кровавое предзнаменование не принесет счастья молодым. Но, несмотря на трагедию, первые годы жизни Марии-Антуанетты в Версальском дворце мало чем отличались от счастливых праздников детства. Людовик не желал принимать участия в светской жизни, потея и краснея при виде обожаемой жены. Принцесса, не особенно печалясь, собрала подходящий для себя кружок молодых людей, которые обожали проводить ночи напролет в развлечениях. Они играли в карты, танцевали, высмеивали наследника, особенно шутникам нравилось переводить стрелки часов во дворце, создавая тем самым неразбериху. В 1774 году Людовик XV умер от оспы. Молодая чета получила всю полноту власти, однако это мало изменило их образ жизни. Новый король по-прежнему много ел, по вечерам засыпал в кресле и записывал в дневнике: "Сегодня ничего не случилось", а Мария Антуанетта продолжала поражать парижан своим экстравагантным поведением. Она поменяла свой образ и из разукрашенной дамы превратилась в деревенскую простушку. Новый облик королевы гар монировал с небольшим дворцом загородного типа - Малым Триа ноном, где жила королевская чета. Женщины сходили с ума от новой моды, введенной Марией-Антуанеттой, давая прекрасные заработки парикмахерам и портным. Мало кто понимал, что соломенная шляпка королевы стоит дороже целого дома рядового горожанина. В двадцать три года Мария-Антуанетта впервые стала матерью, и за шесть последующих лет она родила еще четверых детей, из которых выжили только двое: Мария-Терезия и дофин Людовик. Королева обожала своих малышек, но за государственными делами и развлечениями у нее мало оставалось времени для детей. Впрочем, сами государственные дела составляли подготовку к развлечениям. Королева жила для удовольствий и не скрывала этого. Она тратила королевскую казну на друзей, наряды, выезды и балы. Король, человек смирный и терпеливый, мирился с любыми капризами жены, и когда советники стали настаивать на сокращении "карманных денег" королевы, то Мария-Антуанетта добилась их увольнения. Пока королевская чета спокойно существовала в своем уютном мирке, в стране назревали катастрофические события. Историки нахо дят множество причин, ведущих к социальным потрясениям. Мы не будем описывать нищету простых французов или философские мотивы свободомыслящих, не станем осуждать легкомыслие правящих классов. Скажем только, что Людовик XVI на просьбы снизить налоги отказался даже слушать предложения, назвав из "безумными". Естественно, злоба народа обрушилась на "эту иностранку", все прежнее преклонение толпы словно переплавилось в ненависть. Теперь вместо восхищенного шепота девушек на улице то и дело слышались грубые анекдоты про королеву: будто однажды Марии-Антуанетте доложили, что рядовым французам нечего есть - нет хлеба. На что королева ответила: "Так пусть едят торты и пирожные". Мария-Антуанетта считала, что у нее есть природное право не обращать внимания на недовольство сограждан. Она сохраняла легкомысленное спокойствие, уверенная, что все это пройдет. Но катастрофа все-таки разразилась. 14 июля 1789 года весь мир содрогнулся от кровавых бесчинств в Париже - беспечной "столице мира". Неизвестно, чем руководствовалась королева - привязанностью к мужу, долгом, прежней самоуверенностью, но, имея возможность спастись бегством, она предпочла остаться с королем, хотя все приближенные покинули венценосных пленников. 5 октября разъяренная парижская чернь ворвалась в Версаль, и на следующий день королевская семья была привезена под арестом во дворец Тюильри. Почти два года провели здесь в заточении Людовик и его семья. Вначале с ними обращались лояльно: дети жили с родителями и, наконец, королева получила возможность проводить с ними большую часть времени. 20 июня 1791 года королевская чета предприняла отчаянную попытку спастись бегством, но она закончилась неудачей, что и подтолкнуло революционеров заняться участью арестованных безотлагательно. Они были переведены в мрачное здание в центре Парижа. Людовик XVI все никак не мог поверить, что подданные могут лишить его трона, и упорно отказывался выполнить требования революционеров. В январе 1793 года начался судебный процесс, который привел короля в недоумение: по приговору его лишали не трона - жизни. Перед смертью Людовик провел последние два часа с семьей, получив столько любви от жены, сколько никогда он не видел раньше. Мария-Антуа-нетта провела ночь без сна, следя по материнским золотым часикам, как время отстукивает последние минуты их царствования. Когда утром над Парижем поплыл звон колоколов, королева поняла, что ее мужа больше нет. После казни Мария-Антуанетта еще какое-то время продолжала прежнее существование, но однажды ночью к ней пришли трое мужчин, чтобы увести сына. Королева бросилась к ребенку с криком, что она не отдаст Людовика, пусть лучше сначала убьют ее, но насильники были неумолимы. Через несколько дней Марию-Антуанетту перевели в тюрьму Консьержери. В маленькой сырой камере ее ни на минуту не оставляли одну, даже во время утреннего и вечернего туалета, у нее отобрали все вещи, в том числе маленькие золотые часики - ее талисман. Кое-как удалось отвоевать гребешок и пудру. И потекли последние унылые дни в тюрьме. Мария-Антуанетта попросила иголки и нитки, чтобы занять себя вышиванием, но и в этой просьбе ей было отказано. Тогда она надергала ниток из обтре-панных занавесок, висевших в камере, и плела что-то вроде сетки. Однако дух ее был не до конца сломлен, королеве удавалось вести переписку с французскими эмигрантами, она попыталась подкупить стражу и бежать из тюрьмы. Конвент и Комитет общественного спасения использовали членов королевской семьи как разменную карту, чтобы ликвидировать опасность интервенции - все-таки Мария-Антуанетта была иностранкой. Некоторое время велись переговоры, но под давлением общественного мнения 16 октября 1793 года суд вынес смертный приговор королеве. В день казни Мария-Антуанетта поднялась очень рано, часов не было, так что она не могла следить за временем. С помощью служанки королева надела белое платье. Охрана следила за каждым ее шагом, и, наконец, осужденная воскликнула: "Во имя Господа и приличия, прошу вас, оставьте меня хотя бы на минуту!" Вошедший в камеру палач отстриг роскошные волосы Марии-Антуанетты: это был его трофей. Ее посадили в грязную телегу и повезли по улицам Парижа. Толпа грозно и оскорбительно улюлюкала ей вслед. Гильотина находилась неподалеку от дворца Тюильри, на площади Революции. Когда Марию-Антуанетту подвели к плахе, она неосторожно наступила на ногу палачу. "Простите меня, мсье, я не нарочно". Это были последние слова французской королевы. тексти картинки отсюда

Chandra: Эдуард Мане. Портрет Викторины Меран Безусловно, одной из любимых моделей Эдуарда Мане была Викторина Меран. Быть может, ее даже можно назвать самой любимой моделью художника, так как позировала она для самых смелых, скандальных (для своего времени, разумеется) и знаменитых его полотен. Викторина Мёран родилась в Париже в семье гравёра Жана-Луи-Этьенна Мёрана и его жены Луизы-Терезы в 1844 году. Её дядя был скульптором, а сама она хорошо играла на гитаре. Кроме этих фактов о юности и образовании Викторины Мёран известно немного. Амбруаз Воллар описывал её как своенравное существо, разговаривавшее как парижские уличные женщины. С декабря 1861 по январь 1863 г. она работала моделью в мастерской художника Тома Кутюра. Мане познакомился с ней в 1862 г., когде ей было 18 лет. Она позировала ему для таких известных картин, как: «Уличная певица». 1862 Вот что пишет об этом Анри Перрюшо: Однажды художник замечает где-то там девушку лет двадцати, она сразу же привлекла его незаурядностью своего облика – вызывающе-дерзкий взгляд, лицо, отмеченное яркой красотой. Какой натурщицей была бы эта девушка. Она наверняка могла бы помочь создать большую картину, о какой он давно мечтает. У нее маленькое, но сильное, тонкое, изящное тело. Это блондинка с рыжеватым оттенком волос, матовой, очень бледной кожей, большими карими глазами, окаймленными такими светлыми ресницами, что их почти не заметно. Вдруг Мане оказывается рядом с ней и с присущей ему очаровательной непринужденностью, улыбкой гурмана игриво спрашивает, не согласилась бы она ему позировать. Ну разумеется! Почему бы и нет? Уроженка Монмартра, девушка эта – ее зовут Викторина-Луиза Меран – мечтала только об одном: вырваться из нищеты. Торговала ли она собой? Выть может. Разглядывая в зеркале личико ослепительно снежной белизны, карие, с золотым отливом глаза, она предается несбыточным мечтам о театре, воображает себя актрисой. У нее – так ей кажется – артистическая натура. Предложение Мане ее не шокирует, не удивляет – она ждала его; это знамение судьбы. Викторина Меран тотчас же начинает позировать в мастерской на улице Гюйо. Она умеет бренчать на гитаре. Так отчего бы ей не стать музыкантшей? И вот Мане уже пишет с нее «Уличную певицу»– придерживая одной рукой инструмент, она, выходя из кабаре, ест вишни. Викторина обладает всеми качествами великолепной натурщицы; прежде всего естественностью, очень редкой у представительниц этой профессии, и одновременно свойством замечательно приноравливаться к художнику, входить в самые разные роли – способность, которой объяснялись, несомненно, театральные помыслы Викторины; помимо этого, еще и терпением, пониманием значимости работы живописца, аккуратностью. Викторина нравится не только Мане-художнику, она нравится и Мане-мужчине. Вскоре между ними возникает интимная близость, а слух об этом ползет по Парижу. Мадмуазель Меран в костюме матадора». 1862 «Завтрак на траве» Под первоначальным названием «Купание» эта картина предназначалась для Парижского Салона, однако её вместе с 3 тысячами других полотен жюри не допустило к выставке. Все эти картины были выставлены на так называемом Салоне отверженных, созданном по инициативе императора Наполеона III. Выбор сюжета картины — двое полностью одетых мужчин с нагой женщиной на природе — вызвал полное непонимание и обвинения в декадентстве и плохом вкусе. Публика была возмущена не только сюжетом, но и тем, как обнажённая женщина, моделью для которой стала Викторина Меран, бесстыдно смотрит прямо на зрителя, а также узнаваемостью персонажей- мужчин, для которых позировали брат Мане Густав и будущий шурин художника Фердинанд Леенхофф (фр. Ferdinand Leenhoff). Одеты мужчины как денди. Они так увлечены разговором, что, кажется, совсем не замечают женщины. Мане задумал «Завтрак на траве» во время воскресной поездки в Аржантей (Argenteuil), на берег Сены. Когда он решил изобразить мирную идиллию, он уже предполагал ярую негативную реакцию из-за сюжета будущей картины, однако закончил работу. Если раньше источником вдохновения Мане служили испанские художники, то теперь он обратился к итальянской живописи и решил создать современную версию «Сельского концерта» Джорджоне. Картине, написанной на 350 лет раньше и ставшей классикой, можно было простить фривольный сюжет, но Мане, фактически запечатлевшему современность, публика не простила. «Олимпия». 1863. На Парижском салоне 1865 года картина стала причиной одного из самых больших скандалов в истории искусства. «Олимпия» явилась одной из самых знаменитых ню XIX в. Однако у Олимпии есть много предшествовавших ей известных образцов: изображение лежащей обнажённой женщины имеет в истории искусства давние традиции. Прямыми предшественницами «Олимпии» Мане являются «Спящая Венера» Джорджоне 1510 г. и «Венера Урбинская» Тициана 1538 г. Обнажённые женщины написаны на них практически в одинаковой позе. Прямой и открытый взгляд обнажённой Олимпии уже известен по «Обнажённой Махе» Гойи, а контраст между бледной и тёмной кожей уже обыгрывался в картине «Эстер» или «Одалиска» Леона Бенувиля 1844 г., хотя на этой картине белокожая женщина одета. К 1850 г. в Париже также получили широкое распространение фотографии ню лежащих женщин. Одной из причин скандальности полотна послужило и его название: художник не последовал традиции оправдывать наготу женщины на картине легендарным сюжетом и не назвал свою ню «мифологическим» названием типа «Венера» или «Даная». В живописи XIX в. появились многочисленные «Одалиски», самая известная из которых, конечно же, «Большая Одалиска» Жана Огюста Доминика Энгра, однако Мане пренебрёг и этим вариантом. Наоборот, стиль немногочисленных ювелирных украшений и фасон туфель девушки указывают на то, что Олимпия живёт в современное время, а не в какой-либо абстрактной Аттике или Османской империи. Необычно и само имя, которое дал девушке Мане. За полтора десятка лет до этого, в 1848 г. Александра Дюма публикует свой прославленный роман «Дама с камелиями», в котором имя Олимпия носит главная антагонистка и коллега героини романа. Мало того, это имя было нарицательным: так часто называли дам полусвета. Для современников художника это имя ассоциировалось не с далёкой горой Олимп, а с проституткой. Это подтверждает и символический язык картины: Чернокожая служанка несёт букет цветов от поклонника — цветы традиционно считаются символом дара, пожертвования. Орхидея в волосах Олимпии — афродизиак. Украшение на шее Олимпии выглядит как лента, завязанная на упакованном подарке. Прогнувшийся котёнок с поднятым хвостом является классическим атрибутом в изображении ведьм, знаком плохого предзнаменования и эротических излишеств. Кроме того буржуа были особенно возмущены тем, что модель (голая женщина) вопреки всем нормам общественной морали не лежала, скромно потупив глазки. Олимпия предстаёт перед зрителем не дремлющей, как джорджоновская Венера, она смотрит ему прямо в глаза. Прямо в глаза проститутке обычно смотрит её клиент, в этой роли, благодаря Мане, оказывается каждый, кто смотрит на его «Олимпию». Кому пришла идея назвать картину «Олимпией», осталось неизвестным. В 1864 г., спустя год после создания картины, появились поэма «Дочь оcтрова» и стихи Захари Астрюка, посвящённые Олимпии. Эта поэма указана в каталоге Парижского салона в 1865 г. В ней есть такие строки: Черный вестник с охапкой весны перед ней; То посланец раба, что не может забыться, Ночь любви обращая цветением дней: Величавая дева, в ком пламя страстей. Из-за «Олимпии» Мане разразился один из самых крупных скандалов в искусстве XIX в. Скандальным оказался как сюжет картины, так и живописная манера художника. Мане, увлекавшийся японским искусством, отказался от тщательной проработки нюансов светлого и тёмного, к которой стремились другие художники. Из-за этого современники не смогли увидеть объёмности изображённой фигуры и считали композицию картины грубой и плоской. Гюстав Курбе сравнил Олимпию с дамой пик из колоды карт, только что вышедшей из ванны. Мане обвинили в аморальности и вульгарности. Антонин Пруст позднее вспоминал, что картина уцелела лишь благодаря мерам предосторожности, принятым администрацией выставки: «Никогда и никому ещё не приходилось видеть что-либо, более циничное, чем эта «Олимпия», — писал современный критик. — Это — самка гориллы, сделанная из каучука и изображённая совершенно голой, на кровати. Её руку как будто сводит непристойная судорога... Серьезно говоря, молодым женщинам в ожидании ребенка, а также девушкам я бы советовал избегать подобных впечатлений». Полотно, выставленное на Салоне, вызвало ажиотаж и подверглось дикому глумлению со стороны толпы, взбудораженной обрушившейся из газет критикой. Испуганная администрация поставила у картины двух охранников, но и этого было недостаточно. Толпа, хохоча, завывая и угрожая тростями и зонтами, не пугалась и военного караула. Несколько раз солдатам приходилось обнажать оружие. Картина собирала сотни людей, пришедших на выставку лишь для того, чтобы обругать картину и плюнуть на неё. В итоге картину перевесили в самый дальний зал Салона на такую высоту, что её было почти не видно. Эдгар Дега сказал: «Известность, которую Мане завоевал своей Олимпией, и мужество, которое он проявил, можно сравнить только с известностью и мужеством Гарибальди.» Думаю, мужество проявил не только Мане, но и Викторина Меран,, согласившая позировать художнику для заведомо скандального полотна. «Дама с попугаем». 1866 Достаточно неожиданно для Мане Викторина Меран прекратила ему позировать и уехала в Америку. После поездки в Америку она не только снова позировала Мане, но и стала брать уроки живописи и представила свой автопортрет на Парижском салоне 1885 г. Вот что Пишет Анри Перрюшо: «… пишет «Партию в крокет», а в соседнем садике, принадлежащем одному приятелю, тоже художнику, – «Железную дорогу»: у решетки, расположенной перед полотном Западной железной дороги, сидит женщина, рядом с ней стоит девочка. Эта женщина, чей силуэт присутствует и в «Партии в крокет», – да, ее не сразу узнаешь, но нет, ошибки тут нет – это она, конечно, она, Олимпия, это Викторина Меран. Мане не видел ее более шести лет. Она не дала ему – ни ему, ни кому-нибудь другому – никаких объяснений по поводу своего долгого отсутствия. Кажется, она влюбилась в американца, долго жила в Соединенных Штатах и теперь, измученная неудачной любовью, вернулась во Францию. Чтобы оказать Мане услугу, она снова согласилась позировать, но тут обнаружились и ее собственные притязания: отныне она тоже хочет писать красками и добиваться почестей в Салоне». «Партия в крокет» «Железная дорога». 1873 После смерти Эдуарда Мане в жизни Викторины уже не было удачи. Она стала питать слабость к алкоголю и завела любовные отношения с моделью Мари Пеллегри. Вот что пишет Перрюшо: «Ко времени смерти Мане о Викторине Меран уже несколько лет не было никаких сведений. Ей отчасти удалось осуществить мечты о живописи; она несколько раз экспонировалась в Салоне: в 1876 году (в год, когда не приняли «Художника» и «Стирку» Мане) она выставила портрет, а в 1879 году – «Нюрнбергскую бюргершу XVI века». Затем наступило время полной неизвестности. Можно было только строить догадки, что стало с Викториной, когда спустя шесть месяцев после похорон живописца, в начале августа 1883 года мадам Мане обнаружила среди корреспонденции любопытное письмо: «Вам, несомненно, известно, что я позировала для многих его картин, особенно для „Олимпии“, его шедевра, – писала Викторина. – Г-н Мане принимал во мне большое участие и часто говорил, что если он продаст картины, то уделит мне какую-то сумму. Я была тогда слишком молода, беззаботна... Уехала в Америку. Когда я вернулась, г-н Мане, который как раз продал много картин г-ну Фору, предложил мне кое-что. Я отказалась; но, когда благодарила, сказала, что если не смогу больше позировать, то напомню ему об этом обещании. Эти времена настали раньше, чем я предполагала; в последний раз, когда я видела г-на Мане, он пообещал заняться мною, помочь устроиться билетершей в театр и еще сказал, что отдаст то, что мне причитается...» Короче, не имеющая ни работы, ни денег Викторина взывала к помощи мадам Мане. Нам неизвестно, что ответила на эту просьбу вдова живописца. Но любая щедрость не могла бы остановить необратимого падения Викторины. В последний раз Меран выставлялась в Салоне 1885 года ; торгуя своими увядшими прелестями, она пыталась дополнительно выручить жалкие гроши тем, что предлагала какие-то рисунки клиентам сомнительных заведений Монмартра. Потом ходила с ручной обезьяной и играла на гитаре перед кафе на площади Пигаль. Пила. Ей дали прозвище «Ля Глю» – Смола. Около 1893 года Тулуз-Лотрек время от времени бывал в ее убогой лачуге и приносил ей сласти». Некоторое время Викторина Меран жила со своей матерью в Аньер-сюр-Сен, пока в 1898 г. не познакомилась с некой Мари Дуфур. С ней она переехала в Коломбе, где и умерла в преклонном возрасте 17 марта 1927 года. Большинство её полотен и рисунков считаются сегодня утерянными. Тем не менее, она навсегда вошла в историю мировой живописи как Олимпия. Викторина Мёран Обнажившись, оставив лишь черную ленту на шее, Вы лежите на мягкой постели, как на алтаре. Викторина Мёран, вы не нимфа, не ведьма, не фея; Викторина, вы - то, что я вижу в кровавой заре. Вы глядите на нас, не расширив глаза и не сузив - Равнодушно, но как обжигает нас лед этих глаз! Викторина Мёран, этот взгляд не оставит иллюзий... Викторина, за что эти люди напали на вас? Эти люди хотят утонуть в своем визге и вое, Заломить руки Времени и повести его вспять... Викторина Мёран, порнография - это другое! Викторина, они еще Просто Не Могут Понять! А давайте напьемся. И вспомним безумное детство, Убивая Мане и горланя любую фигню. Викторина Мёран, здесь так холодно... лучше одеться. Викторина, вы так же прекрасны в одежде, как ню... © И Краткая пост позаимствован отсюда

Chandra: Невозможно рассматривать историю движения прерафаэлитов без истории взаимоотношений его главного вдохновителя и идеолога Данте Габриэля Россетти и Элизабет Сиддал. Портреты Лиззи Сиддал, написанные Данте Габриэлем Россетти Лизи Сиддал являлась своеобразным феноменом XIX века, ведь она, родившись обычной девушкой, принадлежащей к рабочему классу, смогла в итоге стать одной из самых известных и узнаваемых фигур блестящей викторианской эпохи. Поэтесса, художница, натурщица и муза, она была той основой, на которой долгое время базировалось все искусство прерафаэлитов. Ее окружали такие художники, как Уолтер Хоуэлл Деверелл, Джон Эверетт Миллес, Уильям Холман Хант. Ей покровительствовал сам Джон Рескин, считавший ее гением. И, быть может, самое главное, ее мужем был Данте Габриэль Россетти. Элизабет Элеонора Сиддал родилась 25 июля 1829 года на Хаттон-Гарден в семье Чарльза Крука и Элизабет Элеоноры Сиддаллов (это Россетти позже уберет из фамилии Лиззи вторую «л»). Ее отец вел постоянные судебные тяжбы, пытаясь доказать, что он является законным владельцем и наследником Кроссдейджерса (сейчас не совсем понятно, что это, но, возможно, известная в свое время гостиница) расположенного в дерберширском селении Хоуп, поэтому девушка росла с верой в то, что ее семья многое имела, потом потеряла, но однажды наступит день, когда к Сиддаллам вернется прежний успех. Так продолжалось до тех пор, пока сестра Лизи Клара не сожгла важные документы отца, дабы защитить уставшую от постоянных процессов семью. Никто в семье Сиддаллов не имели никаких склонностей к живописи в частности и к искусству в целом. В 1831 году Сиддаллы переезжают с Хаттон-Гарден в Саузворк, расположенный на юге Лондона. А в 1833 году отец Лизи открывает собственный бизнес (и опять не совсем ясно, чем же он занимался, так как упоминается торговля скобяными изделиями, торговля ножами, услуги по подбору очков для людей, имеющих проблемы со зрением) в доме 8 на Кент-Плэйс. Кстати, этот дом Сиддаллы снимали у Джеймса Гринэйкра, впоследствии прославившегося как убийца. Одним их отличительных признаков Лизи, прославивших ее, были рыже-золотистые волосы. А ведь в то время рыжие волосы не только не были в моде, но и считались приносящими неудачу. Верили в то, что Иуда Искариот был рыжеволосым. И девушка могла расти с подобными предубеждениями. В 1849 году Лизи работала модисткой в шляпном магазине миссис Тозер, и именно здесь ее впервые увидел и «открыл для искусства» Уолтер Хоуэлл Деверелл, заинтересовавшейся необычной внешностью девушки и предложивший позировать ему. Он нарисовал ее в образе Виолы на своей картине к «Двенадцатой ночи» Шекспира. Так Элизабет Сиддал окунулась в атмосферу объединения прерафаэлитов, с которыми ей предстояло связать свою жизнь и судьбу. В 1852 году увидело свет, быть может, самое знаменитое изображение Лизи – Джон Эверетт Миллес написал с нее свою «Офелию» . Для сцены смерти Офелии Миллес выбрал живописный речной уголок (художник с юмором вспоминал, что сам едва не утонул, работая над этим полотном). Написанные им цветы никак не могут цвести одновременно, но они подобраны в полном соответствии с текстом Шекспира: цветы раздавала всем сошедшая с ума Офелия, прежде чем отправиться к реке, и объясняла значение каждого цветка. Маргаритки символизируют боль, целомудрие и обманутую любовь, а маки - традиционный символ смерти. Камыш, очевидно, художник рисовал с натуры, стараясь передать мельчайшие подробности. Некоторые тростинки еще живы, но большая часть сломалась, засохла или покрылась бурыми пятнами - все это признаки смерти. Рама картины увита плющом. Плющ в викторианскую эпоху символизировал женское начало, которому нужен дуб (мужское начало), чтобы обвиваться вокруг него. Плющ также ассоциируется с меланхолией. Фигуру девушки Миллес писал уже после того, как закончил речной пейзаж, - в мастерской в зимние месяцы. Он купил для, Элизабет в антикварной лавке старинное роскошное платье, и девушка позировала художнику, часами лежа в ванне с теплой водой. К сожалению, позирование обернулось для нее серьезным ухудшением здоровья: однажды отказали лампы, которыми подогревали воду в ванне. Миллес, поглощенный работой, ничего не заметил, а девушка не стала жаловаться. В результате обострилась мучившая Лизи чахотка, а отец Лиззи, обвинив Миллеса в подорванном здоровье дочери и заставил его оплатить все счета от врачей. В том же году умер брат Лизи Чарльз. Сама она окончательно распрощалась с работой в шляпном магазине, а Хольман Хант писал с Сильвию для картины «Валентин спасает Сильвию от Протея» источник

Chandra: Примерно в это же время Данте Габриэль Россетти изъявил желание, чтобы девушка отныне была только его моделью и музой. В ноябре 1852 года Россетти переехал в дом 14 на Чатем-Плэйс и забрал с собой Лизи в качестве ученицы. Она начала рисовать, и ее работы, в отличие от идеализированных работ самого Россетти, были резче, жестче, реалистичнее. Россетти постоянно писал с нее картины и делал зарисовки ее лица и фигуры. Лиззи также обратилась к автопортретам. Возможно, у нее было сильное желание показать, как она видела себя собственными глазами – живую, земную, реальную, отличающуюся от женского образа, воплощавшего совершенную красоту в понимании прерафаэлитов. Другие ее работы были во многом близки прерафаэлитам по духу, так она делала наброски на любимые ими артуровские сюжеты и идеализированные средневековые темы. Понадобилось два года для того, чтобы Россетти решился познакомил Лиззи со своей семьей, которую не могла не смутить серьезная связь Данте Габриэля с собственной натурщицей, занимавшей гораздо более низкое положение в обществе. 28 марта 1854 года художник представил девушку своей сестре Кристине Россетти, знаменитой поэтессе викторианской эпохи, у которой, по всей видимости, возникло чувство ревности из-за внимания, уделяемого ее братом другой женщине. Ведь уже тогда друзья стали воспринимать Элизабет Сиддал и Данте Габриэля Россетти как пару. Знаковым для Лизи стал 1855 год. На нее обратил внимание знаменитый художественный критик Джон Рескин. Он стал ее покровителем и выплачивал ей значительное денежное пособие за возможность получить все работы начинающей художницы. Также Рескин посчитал себя в праве влезть в отношения между своей новой протеже и Россетти, заклиная художника в письмах не в коем случае не жениться на Элизабет и предоставить ей необходимую свободу для творчества. Россетти представил Лизи своей матери, которая так же, как и сестра, не одобряла их связи. Джон Рескин показал Лизи доктору Генри Вентворту Окланду и профинансировал ее поездку во Францию для поправки здоровья. Несмотря на нежелание Рескина, Россетти снова отправился вслед за ней. В Париже он познакомил Лизи с Робертом Браунингом, но встреча почему-то прошла не слишком хорошо. Художник вернулся в Англию, а Элизабет Сиддал поехала в Ниццу, где потратила все свои деньги. У нее не оставалось иного выхода, кроме как написать своему учителю и возлюбленному. В короткие сроки Россетти написал свой триптих «Паоло и Франческа де Римини», продал его Рескину, а вырученные деньги тут же отослал Лизи. К тому же вместе с Рексином он устроил выставку ее работ, чтобы о Элизабет Элеоноре Сиддал заговорили не только как о натурщице, но и как о художнице. Также он познакомился с Вильямом Моррисом и Эдвардом Берн-Джонсом. Тяжелым для Лизи стал 1856 год. Именно тогда Энни Миллер попыталась завладеть сердцем Россети и разбить их союз, но он остался верен Элизабет. Они стали крестными родителями новорожденного ребенка Мэдокса Брауна Артура Габриэля. В ноябре Россетти заявил, что собирается жениться на Лизи, но позже изменил свое решение. В ярости девушка порвала с ним и уехала в Бат вместе с сестрой Кларой. Она отказывалась видеть Россетти, но он все-таки приехал к ней, и произошло примирение. В 1857 году несколько рисунков и иллюстраций Элизабет Сиддал появились на выставке прерафалитов, проходившей на Фицроу-Сквер. Она была единственной женщиной-художницей, чьи работы были представлены на выставке. Американец из Массачусетса приобрел ее работу «Clerk Saunders». Это позволило Лиззи отказаться от денежной поддержки со стороны Рескина. Деньги позволили Элизабет предпринять ряд поездок – в Мэтлок, Дербершир и Шеффилд. В Шеффилде она поступила в художественную школу. Тем временем Россетти вместе с Моррисом, Берн-Джонсом и другими художниками работал над фресками по мотивам артуровского цикла в Оксфордском союзе. Узнав, что здоровье Лиззи все больше и больше ухудшается, на несколько месяцев он провел в разъездах, мечась между местами ее пребывания и Оксфордом. Тревога за жизнь возлюбленной приглушило его увлечение Джейн Берден. В 1860 году Элизабет серьезно заболела. Россетти был уверен, что она умрет, и решил наконец-то выполнить свое обещание жениться на ней. Однако Лиззи поправилась. 23 мая 1860 года у нее было достаточно сил, чтобы пойти в церковь. В Гастингсе в церкви Святого Климента они с Россетти поженились. Семья и друзья художника не сразу узнали о том, что они узаконили свои отношения. Но младший брат Россетти Майкл был искренне рад их браку. Медовый месяц новобрачные провели во Франции. Лиззи забеременела. В октября они переехали на постоянное место жительство на Чатем-Плэйс. Во время беременности Лиззи написала стихотворение «At Last»: O mother, open the window wide And let the daylight in; The hills grow darker to my sight And thoughts begin to swim. And mother dear, take my young son, (Since I was born of thee) And care for all his little ways And nurse him on thy knee. And mother, wash my pale pale hands And then bind up my feet; My body may no longer rest Out of its winding sheet. And mother dear, take a sapling twig And green grass newly mown, And lay them on my empty bed That my sorrow be not known. And mother, find three berries red And pluck them from the stalk, And burn them at the first cockcrow That my spirit may not walk. And mother dear, break a willow wand, And if the sap be even, Then save it for sweet Robert’s sake And he’ll know my soul’s in heaven. And mother, when the big tears fall, (And fall, God knows, they may) Tell him I died of my great love And my dying heart was gay. And mother dear, when the sun has set And the pale kirk grass waves, Then carry me through the dim twilight And hide me among the graves. 2 мая 1861 года Элизабет родила мертвую девочку… Это стало огромный потрясением для нее и для Россетти. Джорджиана Берн-Джонс вспоминала, что когда через какое-то время они с мужем пришли навестить Лиззи, она сидела в кресле и смотрела на стоящую рядом с ней пустую колыбель, с которой долгое время не хотела расставаться. Сильное потрясение испытал и сам Россетти. Позже, глядя на живых и здоровых детей своих друзей, он говорил о том, что у него тоже могла бы быть дочь, которая была бы старше. У нее началась депрессия, усугублявшая ее и без того слабое здоровье. Она пристрастилась к ландауму. Бытует мнение о том, что во время своего брака с Данте Габриэлем Россетти Элизабет мучилась, видя связь мужа с его экономкой Фанни Корнфорт. Однако известно, что Фанни оставила художника и вышла замуж за другого, как только узнала, что он намерен жениться на Лиззи. Скорее можно предполагать, что молодая женщина страдала, видя перед собой пример Джейн Моррис, которой также был увлечен Россетти, и которая, к тому же, рожала живых и здоровых дочерей. 11 февраля 1862 года Лиззи ужинала вместе с мужем и Чарльзом Эльджернононом Суинберном. В восемь они вернулись домой. Россетти проводил ее в спальню, а сам отправился по своим делам. Вернувшись в половине двенадцатого ночи домой, он не застал жену в живых. Россетти не желал верить в то, что ее невозможно спасти. За ночь он успел обратиться к помощи четырех различных докторов, но попытки каждого из них откачать Лиззи были безуспешными. А ведь, по некоторым сведениям, она ждала второго ребенка… Несмотря на то, что коронер признал смерть Элизабет случайностью, почти сразу же поползли слухи, что Россетти нашел ее предсмертную записку. Якобы подавленный чувством вины он рассказал обо всем Форду Мэдоксу Брауну, и тот в свою очередь убедил его сжечь записку, чтобы не возникло общественного скандала, который мог бы помешать христианскому погребению Лиззи. Похороны состоялись 17 февраля на Хайгетском кладбище на территории, принадлежащей семье Россетти. Вместе с Лиззи в гроб безутешный художник положил тетрадь со своими стихами, спрятав их в золотых волосах жены. Он решил, что не будет больше писать стихи, ведь той, что вдохновляла его на протяжении всей молодости, в живых уже не было. Это был единственный экземпляр стихов. Россетти продолжил писать лицо Лиззи и после ее смерти. К 1869 году Данте Габриэль Россетти испытывал серьезную зависимость от алкоголя и наркотических препаратов. Его эмоциональное состояние оставляло желать лучшего. Неожиданно для всех он решил, что не хочет больше оставаться художником, и снова начал писать стихи. Перед тем, как издать новые сочинения, Россетти почувствовал себя обязанным вернуть ту тетрадь со стихами, что была упокоена в волосах Лиззи. Россетти и его агент нотариус Чарльз Огастес Ховелл получили разрешение на экзгумацию могилы Элизабет, чтобы иметь возможность получить обратно тетрадь со стихами. Эксгумация проходила в ночь смерть Лиззи, что не могло не привлечь любопытства публики и создало должную рекламу стихотворениям Данте Габриэля. Сам Россетти не присутствовал в ту ночь при вскрытии могилы жены на Хайгетском кладбище. Однако Ховелл рассказал ему, что когда открыли гроб, то увидели, что тело Элизабет совсем не истлело, несмотря на прошедшие годы, а ее роскошные золотые волосы, продолжившие расти после смерти, заполнили собою весь гроб. Зато тетрадь со стихами время не пощадило. Страницы потрескались и крошились, из-за чего было крайне трудно читать многие стихотворения. И все-таки Россетти издал свои старые и новые стихи. Однако публика приняла их прохладно, а критики нещадно разругали. По всей видимости, чувство вины за то, что потревожил прах Лиззи, не позволило Россетти после смерти упокоиться рядом со своей возлюбленной женой и своей знаменитой семьей… Его могила находится на территории приходской церкви Бирчингтона в Кенте. материал подготовлен NADYNROM

Alex: Одним духом прочитала! Очень... А каков рекламный ход - волосы, заполнившие гроб... Пиарщик. Но это ему не помогло... Мда.

Chandra: Про волосы идёт дискуссия в известном тебе месте. Что вообще такое с волосами?????????????? Они растут после смерти?

Chandra: Olga Hohlova ( 17.06.1891 года - 11.02.1955 года ) Россия (russia) 12 июля 1918 года в мэрии 7-го парижского округа прошла церемония бракосочетания Пабло Пикассо и Ольги Хохловой. Оттуда они отправились в русский собор Александра Невского на улице Дарю, где состоялось венчание. Пикассо был убежден, что женится на всю жизнь... Альтернативное название темы - Жертвы Пикассо "Ольга Хохлова - мадам Пикассо" Пабло Пикассо познакомился с балериной Ольгой Хохловой в Риме весной 1917 года. К тому времени она уже пять лет находилась в знаменитой труппе "Русского балета" Сергея Дягилева, танцовщицей была старательной и дисциплинированной, имела хорошую технику, неплохо "смотрелась" на сцене, но никогда не была примой и, не считая нескольких сольных партий, выступала обычно в кордебалете. Ольга родилась 17 июня 1891 года в украинском городе Нежине в семье полковника русской императорской армии. Она пошла в балет вопреки запретам родителей. К ней хорошо относился Дягилев, который любил, чтобы в его труппе были девушки из "хороших семей". Внешность она имела приятную, черты правильные, хотя, судя по фотографиям, настоящей красавицей не была. Однако Ольга была изящного сложения, отличалась хорошими манерами и особым русским "шармом", который всегда так нравился в Европе. При этом характер она имела твердый, решительный, отвергавший компромиссы, и страдала упрямством. Пикассо к этому времени был знаменитым на всю Европу художником. В числе самых первых по-настоящему оценили творчество Пикассо русские философы, критики и коллекционеры. Еще в 1914 году блестящий анализ его работ сделал Николай Бердяев. В том же году один из наиболее проницательных наших искусствоведов Яков Тугендхольд отмечал трагическое начало, присущее творчеству Пикассо, этого бесстрашного Дон Кихота, странствующего рыцаря, занятого поиском абсолюта. В самом начале нынешнего столетия картины тогда неизвестного художника стали приобретать Сергей Щукин и Иван Морозов,- это полотна, которые сейчас находятся в Эрмитаже и в Пушкинском музее. Серж Дягилев, умевший привлечь к работе над своими балетами для Русских сезонов самые громкие имена, впервые пригласил Пикассо оформить балет "Парад" на музыку Эрика Сати в постановке Леонида Мясина. "У меня 60 танцовщиц,- сообщал не без гордости художник американской писательнице Гертруде Стайн.- Ложусь спать поздно. Я знаю всех женщин Рима". Но об Ольге Пикассо до поры до времени умалчивал. Как же случилось, недоумевали его друзья, что Пикассо влюбился в балерину, которая, по их мнению, ни в каких отношениях не была личностью примечательной? Художнику, который пользовался в Париже шумной и порой скандальной известностью, было тогда 36 лет. Возможно, что пресыщенному в любви и не слишком разборчивому в связях живописцу именно определенная ординарность, обыденность Ольги казались "экзотикой". К тому же он устал от бесконечных творческих терзаний, от внутреннего одиночества. В ту пору он искал в Ольге оазис спокойствия, пристанище, где он мог бы отдохнуть от вечного горения страстей и решения сверхзадач, которые ставил перед собой в живописи. Немаловажное значение имело и то, что Ольга была русской. В те годы Пикассо, великого революционера в искусстве, чрезвычайно интересовало все русское. Он даже собирался учить язык этой загадочной для него страны. Жадно читая газеты, он внимательно следил за развитием событий в России, Февральской революцией. Видимо, все это придавало в его глазах балерине особый романтически-революционный флер. Наконец, влияла и сама атмосфера русских балетов, отличавшаяся особой чувственностью, его дружба с Дягилевым, Бакстом и особенно со Стравинским, которым он тогда восхищался,- в частности, его манерой одеваться как настоящий денди. Пикассо утверждал, что он презирает всякую музыку, за исключением фламенко, но был потрясен "Весной священной". Пикассо вскоре увлекся Ольгой, со всем присущим ему темпераментом. "Осторожно,- предупреждал его с усмешкой Дягилев,- на русских девушках надо жениться". "Вы шутите",- отвечал художник, который утверждал, что он остается хозяином в любой ситуации. В Риме артистов балета расселили в гостинице "Минерва", тогда как Дягилев, Пикассо, Кокто и Мясин, с которыми художника связывали приятельские отношения, остановились в отеле "Россия". Пикассо встречался с Ольгой каждый день. Вместе они совершали длинные прогулки по "вечному городу" и его музеям. Но балерина не спешила ответить на бурные чувства художника. Ей нравился Пикассо. Женщин в нем привлекал особый магнетизм, внутренний огонь, взгляд его черных глаз, которые, по выражению Кокто, были "заряжены электричеством". Несмотря на то, что Ольга не очень интересовалась искусством, слава Пикассо производила на нее впечатление. К тому же она понимала, что карьеру в балете ей уже не сделать, и надо думать об устройстве семейного очага. Но станет ли Пикассо с его богемным прошлым хорошим мужем? "Может ли художник быть человеком серьезным?"- допытывалась у Дягилева мать Ольги, узнав о том, что ее дочь собирается выйти замуж за Пикассо. "Не менее серьезным, чем балерина",- отшучивался тот. Тем временем, в мае 1917 года, в парижском театре "Шатле" состоялась премьера "Парада". Едва ли для нее был выбран самый подходящий момент. Всего в каких-нибудь 260 километрах от столицы продолжались тяжелые бои французской армии с наступающими немцами. На сам спектакль пришел "весь Париж" - имя Дягилева действовало на публику как магнит. В зале были и русские солдаты, находившиеся в отпуске. Балет, который, по словам Ильи Эренбурга, напоминал "балаган на ярмарке с акробатами, жонглерами, фокусниками и дрессированной лошадью", закончился скандалом. Публика негодовала и кричала: "Смерть русским!" Такой прием ничуть не смутил Дягилева, который повез "Парад" в Мадрид и Барселону. За балетом - и Ольгой - последовал Пикассо. Он много рисовал ее в манере сугубо реалистической. На этом настаивала сама балерина, которая не любила непонятные ей эксперименты в живописи. "Я хочу,- говорила она,- узнавать свое лицо". В Барселоне Пикассо познакомил Ольгу со своей матерью. Она тепло приняла русскую девушку, ходила на спектакли с ее участием, но однажды предупредила: "С моим сыном, который создан только для самого себя и ни для кого другого, не может быть счастлива ни одна женщина". В Барселоне художник написал ее "испанизированный" портрет в мантилье, который подарил матери. ...Однажды, когда Пикассо с Ольгой гуляли по Барселоне, к ним подошла цыганка и предложила погадать. "Как тебя зовут?" - поинтересовалась цыганка. "Меня - Кармен,-ответила балерина, которой нравилось выдавать себя за испанку.- А тебя?" "А меня Ольга", - последовал ответ. Когда "Русский балет" отправился в Латинскую Америку, Ольга решила остаться. Выбор между трудной жизнью рядовой балерины и браком со знаменитым и преуспевающим живописцем был сделан. Вернувшись во Францию, они поселились в маленьком доме в парижском пригороде Монруж - со служанкой, собаками, птицами и еще тысячью разных предметов, которые повсюду сопровождали художника. (Mapшан Поль Розенберг искал им квартиру в самом Париже). Ольга неплохо говорила по-французски, хотя и с сильным русским акцентом, и любила слушать длинные фантастические истории, которые ей рассказывал Пабло. Он продолжал много работать, обычно по ночам. Однажды, разбуженный бомбардировкой, он не нашел чистого холста и стал писать натюрморт с гитарой и бутылкой порто прямо на картине Модильяни. Именно в Монруже он написал знаменитый "Портрет Ольги в кресле", который сейчас выставлен в парижском музее Пикассо. Сравнивая его с фотографией, сделанной в момент позирования, нетрудно заметить, что художник несколько приукрасил ее черты. Многие Друзья отговаривали его от брака с Ольгой, считая, что он будет неудачным. Художник не внял их советам. 12 июля 1918 года в мэрии 7-го парижского округа прошла церемония бракосочетания Пабло Пикассо и Ольги Хохловой. Оттуда они отправились в русский собор Александра Невского на улице Дарю, где состоялось венчание. Среди гостей и свидетелей были Дягилев, Аполлинер, Кокто, Гертруда Стайн, Матисс. Пикассо был убежден, что женится на всю жизнь, и поэтому в его брачный контракт вошла статья о том, что их имущество - общее. В случае развода это подразумевало его раздел поровну, включая все картины. После свадьбы молодожены перебрались в большую квартиру в самом центре Парижа на улице Ля Бовси, неподалеку от галереи, где он выставлялся. Ольга была прирожденной хозяйкой и принялась обставлять квартиру, руководствуясь своим вкусом. Пикассо не вмешивался. Он ограничился тем, что навел беспорядок в мастерской этажом ниже, разложив где попало коллекцию разных предметов и расставив прямо у стен свои работы и картины Ренуара, Матисса, Сезанна, Руссо. Даже разбогатев, художник сохранил простые вкусы. Он ничего не имел против того, чтобы Ольга покупала себе дорогие наряды, но сам предпочитал ходить в одном и том же костюме. Деньги он тратил на приобретение каких-то экзотических вещей, которые возбуждали его воображение, и щедро помогал неимущим собратьям. Его жена, напротив, стремилась к жизни светской. Ей нравились обеды в дорогих ресторанах, приемы, балы, которые устраивала парижская знать. Ольге даже удалось на какое-то время отдалить от художника его богемных друзей. В сентябре 1918 года Пикассо и Ольга вместе с "Русским балетом" отправились в Лондон. Дягилев показывал там "Парад" и работал над новым балетом "Трикорн" в постановке того же Мясина, для которого художник написал эскизы декораций и костюмов. Вместе с труппой они жили в дорогом отеле "Савой" и по вечерам ходили с одного приема на другой. Пикассо вместе с молодой женой повсюду оказывался в центре внимания, и художник постепенно втягивался в вихрь светской жизни. Он заказал себе множество туалетов, стал носить безупречный смокинг, золотые часы в кармашке своего жилета, не пропускал ни одного званого обеда. В течение нескольких недель человек, который до этого вел жизнь богемную, стал настоящим денди, ничуть не меньшим, чем его друг Стравинский, некогда вызывавший его восхищение панталонами горчичного цвета. Он сам стал с удовольствием наряжаться, хотя никогда и не относился к своим одеяниям всерьез - они были для него частью маскарада, мистификации, которые он так любил. На один из балов он явился в костюме матадора. Но и Пикассо-денди не утратил своей огромной работоспособности, стремления к совершенству. Он писал портреты Дягилева, Стравинского, Бакста, Кокто. Ольгу он нарисовал для своей первой литографии, которая была использована для пригласительного билета на его выставку. Многие из рисунков тех лет своим классицизмом и безупречным совершенством напоминают работы Энгра. в других заметен карикатурный элемент. Художник словно следовал совету Ван Гога, который писал в письме брату Тео: "преувеличивай самое существенное". В те годы Пикассо заявил: "Искания в живописи не имеют никакого значения. Важны только находки... Мы все знаем, что искусство не есть истина. Искусство - ложь, но эта ложь учит нас постигать истину, по крайней мере ту истину, какую мы, люди, в состоянии постичь". Постепенно необузданная художественная натура Пикассо приходила в противоречие с той светско-снобистской жизнью, которую ему приходилось вести. С одной стороны, он хотел иметь семью, любил жену. Но вместе с тем постепенно зрел конфликт с Ольгой, вызванный тем, что художник не хотел обременять себя условностями, которые мешали его творчеству. Он стремился оставаться полностью свободным человеком и был готов во имя этого пожертвовать всем остальным. 4 февраля 1921 года у них родился сын Поль (Пауло). В 40 лет Пикассо впервые стал отцом. Это событие взволновало его, неожиданно для самого себя наполнило гордостью. Он делал бесконечные рисунки своего сына и жены, помечая на них не только день, но и час. Все они выполнены в неоклассическом стиле, а женщины в его изображении напоминают олимпийские божества. Ольга относилась к ребенку почти с болезненной страстью и обожанием. Она надеялась, что рождение сына укрепит их семью, в фундаменте которой появились первые трещины. Ольга чувствовала, как ее муж постепенно возвращается в свой внутренний мир, мир искусства, куда она не имела доступа. У нее не сложились отношения с большинством друзей Пикассо, кроме Аполлинера, который после тяжелого ранения на фронте скончался в ноябре 1918 года. Художник узнал о его кончине в парижском отеле "Лютеция" и был поражен своим выражением лица, на котором отразился беспредельный ужас. Он тут же взял холст и написал автопортрет. Замечу, что автопортреты он не любил, рисовал их редко и даже зеркало считал глупым изобретением. Ольга стремилась безраздельно завладеть мужем и время от времени устраивала сцены ревности без каких бы то ни было на то оснований. Успевший устать от бессмысленной светской жизни, Пикассо замкнулся в себе и словно отгородился от жены невидимой стеной. В сущности, всю его жизнь главной страстью было творчество, во имя которого он был готов пожертвовать всем. Он часто рассказывал о французском художнике-керамисте Бернаре де Палиси, жившем в 16-м веке, который для поддержания огня в печи во время обжига бросал туда свою мебель. Пикассо очень любил эту историю и видел в ней настоящий пример "горения" во имя искусства. Сам он утверждал, что бросил бы в печь и жену, и детей - лишь бы не угас в ней огонь. Работа с русскими балетами чрезвычайно способствовала известности художника и, по мнению искусствоведов, обогатила его талант. В апреле 1925 года Пикассо вместе с Ольгой и сыном поехали в Монте-Карло к Дягилеву. Там на репетициях он снова стал рисовать балерин. Может быть, вернувшись в мир русского балета, он надеялся обрести утраченную гармонию отношений с Ольгой? Но гармонию вернуть уже было нельзя. Видя равнодушие со стороны мужа, Ольга теряла спокойствие, нервничала, пила кофе чашку за чашкой и вызывала раздражение Пикассо, желавшего освободиться от ее назойливой опеки. Словом, художник устал и с каждым днем все больше и больше тяготился узами брака. В январе 1927 года на улице, в толпе, выходящей из метро, Пикассо увидел красивую девушку с серо-голубыми глазами. Он словно видел ее раньше - в своем воображении и на своих полотнах. "Он схватил меня за руку и сказал: "Я Пикассо! Вы и я вместе совершим великие вещи",- вспоминала впоследствии Мари-Терез Вальтер. Ей было тогда 17 лет. Она ничего не знала ни об искусстве, ни о Пикассо. Ее интересы были совершенно другими - плавание, гимнастика, велосипед, альпинизм. "Началось самое большое сексуальное увлечение в жизни Пикассо, не знающее ни границ, ни табу,-пишет американская писательница Арианна Стасинопулос-Хаффингтон в обстоятельной монографии, наделавшей на Западе много шума, "Пикассо: созидатель и разрушитель".- Это была страсть, возбуждаемая секретностью, окружавшей их отношения, а также тем, что Мари-Терез, имевшая вид ребенка, оказалась податливой и послушной ученицей, которая с готовностью шла на любые эксперименты, включая садистские, полностью повиновалась желаниям Пикассо". Предаваясь этой безумной страсти, художник пытался забыть Ольгу, вычеркнуть ее из жизни. Женщины и Пикассо - этой теме посвящены на Западе многие серьезные исследования и работы, имеющие скандальный характер. В долгой жизни художника, имевшего сотни любовных связей, обладавшего, по словам А. Стасинопулос-Хаффингтон, огромным "сексуальным магнетизмом", в его творчестве в разные периоды исключительную роль сыграли семь женщин. В этом отношении его жизнь, считает американская писательница, как бы подтверждает пословицу, согласно которой Испания - это страна, в которой мужчины презирают секс, но живут ради него. Разумеется, Пикассо жил во имя искусства, но секс, подчеркивает А. Стасинопулос-Хаффингтон, был одной из главных движущих сил его творчества. Сам художник однажды признался, что он делил всех представительниц прекрасного пола на "богинь" и "половые коврики". (В данном случае Ольга, его первая официальная жена, была в числе редкостных исключений). Ему доставляло особую радость, утверждает А. Стасинопулос-Хаффингтон, превращать первых во вторых, и они, "богини", не только позволяли ему это делать, но и получали удовольствие. По ее мнению, художник не искал настоящей любви, а всегда стремился соблазнить, подчинить и навязать свою волю. В нем был исключительно сильно развит инстинкт разрушения. Его любовницами становились жены его близких друзей, порой с их ведома и согласия, как, например, было со второй женой Поля Элюара - Нюш. И вся его жизнь прошла под знаком борьбы инстинктов созидания и разрушения. "Я думаю, что умру, никогда никого не полюбив",- сказал однажды Пикассо. Это не мешало ему жаловаться, что он не находил в женщинах того ответного чувства, которое, столь тщетно искал. "Каждый раз, когда я меняю женщину, - говорил Пикассо, - я должен сжечь ту, что была последней. Таким образом, я от них избавляюсь. Они уже не будут находиться вокруг меня и усложнять мне жизнь. Это, возможно, еще и вернет мою молодость. Убивая женщину, уничтожают прошлое, которое она собой олицетворяет". Художник любил повторять, что жизнь продлевают только работа и женщины. Однако едва ли все эти заявления мэтра следует принимать за чистую монету. В них много эпатажа, стремления мистифицировать, столь свойственного художнику. И все-таки в отношениях с женщинами, возможно, вопреки его желаниям, часто брало верх именно деструктивное начало. Покончили с собой Мари-Терез Вальтер, его вторая жена Жаклин, нервной депрессией страдала Ольга, художница Дора Маар, которая была его любовницей во время создания "Герники". Отравился его внук Пабло. "Я - черт",- говорил Пикассо Эренбургу, который в своих елейных мемуарах писал: "Если он черт, то особенный - поспоривший с богом насчет мироздания, восставший и неуступивший. Черт обычно не только лукав, но злобен. А Пикассо - добрый черт". Но многие упрямые факты из его жизни заставляют усомниться в доброте этого гения. Но вернемся к Ольге. Ненависть к ней Пикассо стал вымещать, в живописи. В серии картин, посвященных корриде, он изображал ее то в виде лошади, то старой мегеры. Объясняя впоследствии причины их разрыва, художник скажет: "Она слишком много от меня хотела... Это был наихудший период в моей жизни". Выяснилось, что у них были разными даже гастрономические вкусы. "Ольга,-сетовал впоследствии Пикассо,- любит чай, пирожные и икру. Ну а я? Я люблю каталонские сосиски с фасолью". Тем не менее Пикассо не хотел развода. Полный разрыв хотя бы с частичкой прошлого для него означал нечто вроде смерти, которая на протяжении всей жизни вызывала в нем трепетный страх. Кроме того, развод привел бы к потере половины его состояния, а главное - картин. Первой не выдержала Ольга. Она не смогла больше выносить ни ненависти мужа, ни присутствия соперницы. После очередной особо тягостной семейной сцены в июле 1935 года она вместе с сыном покинула их дом на улице Ля Бовси. Вскоре с помощью адвокатов поделили имущество, но с юридической точки зрения развода не было, и Ольга официально до самой своей кончины оставалась женой Пикассо. Началась вторая мировая война. Американское посольство во Франции предложило Пикассо и Матиссу переехать в Соединенные Штаты, но оба мастера отказались. Пикассо ненавидел фашистов, но не мог отказаться от своего образа жизни в Париже и своих привычек. Во время оккупации один из немецких офицеров в мастерской художника, увидя репродукцию "Герники", поинтересовался: "Это вы сделали?" - "Нет, это вы",-последовал ответ... В те годы он особенно чувствовал себя одиноким и даже стал время от времени заходить к Ольге, якобы поговорить об их сыне, который тогда жил в Швейцарии. В 1943 году Пикассо познакомился с художницей Франсуазой Жило, которой был всего 21 год. На несколько пет она стала его новой музой. Это был очередной удар для Ольги, которая продолжала ревновать бывшего мужа ко всем его новым связям. Она писала ему гневные записки на смеси испанского, французского и русского, содержание которых сводилось к тому, что Пикассо ужасно опустился. Обычно она прикладывала к посланиям портреты Рембрандта или Бетховена и объявляла ему, что он никогда не станет таким же великим, как эти гении. Летом Ольга отправлялась в средиземноморский городок Гольф Жуан, где жили Пикассо и Франсуаза Жило с их сыном Клодом, и преследовала по пятам молодую женщину. Та молча переносила оскорбления, а порой и удары, ибо понимала, что Ольга страдает от одиночества и отчаяния. В 1949 году у Франсуазы Жило родилась дочка Палома, а три недели спустя Пикассо стал дедом - у Поля родился сын, которому в честь художника дали имя Пабло, но потом обычно звали Паблито. Со старшим сыном Пикассо связывали сложные отношения. Он не слишком интересовался его судьбой, так как не мог простить Полю того, что он оказался человеком ординарным, лишенным каких-то талантов. Поль Пикассо провел всю войну в Швейцарии и вернулся в Париж только после его освобождения. У него не было никакой работы, и ему часто приходилось унижаться перед отцом, выпрашивая деньги. А денег надо было много - Поль принимал наркотики и сильно пил. В 1954 году после тяжелого воспаления легких он оказался на грани смерти. Доктор послал Пикассо телеграмму с просьбой срочно приехать в Канн. Ответа не последовало. В Канне в полном одиночестве жила и Ольга. Она долго и мучительно болела и 11 февраля 1955 года скончалась от рака в городской больнице. На похороны пришли только ее сын и несколько друзей. Пикассо в это время в Париже заканчивал картину "Алжирские женщины" и не приехал. Величайший художник XX века Пабло Пикассо скончался 8 апреля 1973 года. Ему был 91 год. Паблито, внук его и Ольги, умолял отца разрешить ему присутствовать на похоронах деда. Однако Жаклин, жена художника, ответила отказом. В день похорон Паблито выпил флакон с деколораном - обесцвечивающей химической жидкостью. Когда его доставили в больницу, врачи констатировали, что он сжег себе все внутренности. Три месяца в нем поддерживали жизнь благодаря постоянным операциям и пересадкам, которые оплачивала Мари-Терез Вальтер, продав несколько картин Пикассо. Спасти Паблито не удалось. Его похоронили в той же могиле на кладбище Каин, где покоится прах Ольги. 6 июня 1975 года от цирроза печени, вызванного алкоголем и наркотиками, в 54-летнем возрасте умер Поль Пикассо. Его двое детей, Марина и Бернар, последняя жена Жаклин и еще трое "внебрачных" детей Пикассо, Майя (дочь Мари-Терез Вальтер), Клод и Палома (дети Франсуазы Жило), были признаны наследниками художника. Начались долгие юридические баталии за наследство, которое было оценено в 260 миллионов долларов - цифру сильно занизили по налоговым соображениям. Это в общей сложности 50 тысяч работ, и в том числе 1.885 картин, 1.228 скульптур, 2.800 изделий из керамики, около 12 тысяч рисунков, 11 гобеленов, 8 ковров и т. п. Значительную часть забрало себе государство в качестве налога. Самую большую долю - три десятых - получила Жаклин Пикассо, тогда как внуки - Марина и Бернар - по две десятых от общей суммы. Кроме того, всем наследникам было предоставлено право взять себе на память одну из работ художника. Марина выбрала картину, где изображена совсем молодой ее бабушка - Ольга Хохлова. Печать трагизма лежит не только на работах Пикассо, в которых, как на сейсмографе, отражены все изломы и потрясения XX столетия, но и - даже после его кончины - на судьбах близких ему людей. 20 октября 1977 года в гараже своего дома в средиземноморском городке Жуан-ле-Пен повесилась Мари-Терез Вальтер, которой было 68 лет. Накануне открытия очередной выставки художника в Мадриде 15 октября 1986 года в 3 часа утра в своей кровати застрелилась Жаклин Пикассо. Несть числа изданным на Западе монографиям, исследованиям и романам, посвященным жизни и творчеству Пикассо. Но и здесь все еще остаются "белые пятна". В парижском музее Пикассо хранятся более ста писем Ольги, адресованные мужу, но пока доступ к ним закрыт. Знакомство с ними, несомненно, поможет лучше понять их отношения, роль, которую она сыграла в жизни художника. Интересные материалы можно найти и у нас. Так, архив Государственного музея изобразительных искусств имени А. С. Пушкина располагает редкими фотографиями Пикассо, Ольги Хохловой и их сына Поля, которые были приобретены в 1973 году у Людмилы Николаевны Митиной, отчим которой Владимир Степанович был родным братом жены художника. источник Последний - один из самых дисгармоничных портретов Ольги, я слышала много раз. что подобные он начал писать, когда она его "достала". Но, наверное, это слишком простое объяснение.

Chandra: Маркиза де Помпадур - великая фаворитка и верный друг ДЕТСТВО: СЧАСТЬЕ В ЖИЗНИ ПРЕДСКАЖЕТ ГАДАНЬЕ Жанна Антуанетта Пуассон родилась в 1721 году. До сих пор не вполне ясно, кто был настоящим отцом девочки: лакей, выбившийся в интенданты, на новой должности проворовавшийся и сбежавший от правосудия, бросив семью; или дворянин Норман де Турнэм, регулярно дававший деньги на содержание и обучение маленькой Жанны. Когда девочке исполнилось 9 лет, мать решила отвести ее к одной из самых знаменитых гадалок того времени - госпоже Лебон. Гадалка внимательно посмотрела на хрупкую, некрасивую девочку и произнесла пророчество: "Эта малютка в один прекрасный день станет фавориткой короля!" ОТРОЧЕСТВО: СТАВКА БОЛЬШЕ ЧЕМ ЖИЗНЬ Итак, Жанне Антуанетте 19 лет, она не красива, не богата, не отличается крепким здоровьем. Каковы ее шансы составить приличную партию? Как ни странно, но жених для Жанны нашелся достаточно быстро - некий Шарль де Этиоль, племянник Нормана де Турнэма. Шарль, конечно, не сказочный принц, но он из хорошей семьи, к тому же богат. Другая бы руками и ногами ухватилась за такое предложение, другая, но не Жанна Антуанетта. Она тянет и тянет с окончательным ответом. Причина? Предсказание, сделанное мадам Лебон 10 лет назад. Какой Шарль, если в перспективе может быть король? ДИАНА-ОХОТНИЦА: ПЕРВАЯ ПОПЫТКА Чтобы стать любовницей короля нужно для начала, чтобы король тебя увидел. Юная Жанна начинает регулярно ездить в Сенарский лес, где имел обыкновение охотиться король. Первый раз король проехал мимо, второй раз остановился и внимательно посмотрел на мадемуазель Пуассон... После чего к ее матери пришел человек, передавший "просьбу" маркизы де Шатору (тогдашней фаворитки Людовика) "избавить короля от назойливого внимания мадемуазель Пуассон". Это был крах ее надежд. Жанна выходит замуж за Шарля де Этиоля, но короля из списков не вычеркивает. Ведь гадалка не сказала, что она будет королевой, она будет фавориткой, значит, нужно быть как можно ближе к двору. ДИАНА-ОХОТНИЦА: ВТОРАЯ ПОПЫТКА В 1744 году неожиданно умирает маркиза де Шатору. Двор начинает лихорадить, сколачиваются "партии" в поддержку той или иной кандидатуры на роль фаворитки. В марте 1745 года на балу внимание короля привлекает молодая дама в костюме Дианы-Охотницы. Прелестная маска интригует его и... скрывается в толпе, предварительно уронив надушенный платочек. Король, будучи галантным кавалером, поднимает платок, но, не имея возможности отдать его даме лично, бросает его через толпу. Конкурентки в трауре - платок брошен... Пару слов о характере мужчины, за которого велась столь упорная борьба: Людовик XV стал королем в пятилетнем возрасте. К моменту знакомства с Жанной де Этиоль 35-летний Людовик перепробовал все возможные наслаждения и потому... дико скучал. Жанна Ануанетта интуитивно угадала, чем зацепить пресыщенного короля.

Chandra: ДИАНА-ОХОТНИЦА: ТРЕТЬЯ ПОПЫТКА, ЧУТЬ НЕ СТАВШАЯ РОКОВОЙ О, женщины, просиживающие вечерами в ожидании телефонного звонка от "единственного и неповторимого", берите пример с маркизы де Помпадур: если обстоятельства к вам не благоволят, сами создайте благоприятные обстоятельства. Что стоило Жанне получить место рядом с королевской ложей - история умалчивает. Но сколько бы она за это ни заплатила, дивиденды были получены почти мгновенно - король пригласил ее на ужин... В этот вечер Жанна допустила единственную ошибку, которая, впрочем, могла оказаться фатальной. В этот вечер она отдалась королю. Луи-Мишель Ван Лоо. Портрет Людовика XV На следующий день Людовик, привыкший к определенной манере поведения "осчастливленных" им дам, приготовил несколько любезных фраз, чтобы раз и навсегда отбить охоту у претендентки. Наивный, он еще не знал, с кем связался. Предусмотрительная Жанна подкупила одного из доверенных лиц короля. "Лицо" сообщило мадам, что король считает ее "не совсем бескорыстной", к тому же наследный принц, видевший Жанну в театре, нашел ее "несколько вульгарной". Шли дни, а Диана-охотница так и не появлялась. Людовика стали посещать нормальные мужские сомнения - может быть, он не понравился ей в постели? О, МОЙ КОРОЛЬ, Я ВСЯ ВАША Наверное, родись Жанна Пуассон в другое время, она стала бы великой актрисой. Следующая встреча короля и будущей фаворитки проходила в традициях крепкой мелодрамы. Жанна тайно (с помощью подкупленных лиц) пробралась во дворец и пала к ногам короля. Заламывая руки, она поведала Его Величеству о безумной страсти, которую она давно к нему питает, о той опасности, которая подстерегает ее в лице ревнивца-мужа (посмотрел бы Людовик на чахлого Шарля де Этиоля в роли ревнивого Отелло). Это был гениальный ход - при таком раскладе скуки как не бывало. Король пообещал Жанне, что после возвращения из Фландрии, произведет ее в официальные фаворитки. РОЖДЕНИЕ МАДАМ ДЕ ПОМПАДУР 14 сентября 1745 года Людовик официально представил двору свою новую подругу. Двор принял ее в штыки: она была не знатного рода, поэтому получила прозвище Гризетка (этим приближенные короля явно давали понять Жанне, что не видят разницы между ней и уличными девками). Чтобы положить конец кривотолкам, король присваивает своей фаворитке титул маркиза де Помпадур. Как ни странно, но лучше всех к новой фаворитке отнеслась... супруга короля, урожденная Мария Лещинская. Очень набожная, очень правильная и совершенно равнодушная к сексуальным утехам королева (не удивительно - за первые 12 лет брака она родила королю 10 детей) почувствовала в Жанне родственную душу. Она не ошибалась - интимная сторона труднее всего давалась Жанне. Какие только афродизиаки она не перепробовала, чтобы соответствовать аппетитам своего любовника. Франсуа Буше. Портрет маркизы де Помпадур

Chandra: 1001 НОЧЬ МАДАМ ДЕ ПОМПАДУР О том, что у новой фаворитки "проблемы с темпераментом" очень скоро стало известно всем. Естественно, многие дамы сочли это знаком свыше и попытались оттеснить маркизу от царственного ложа. Но, "даже самая красивая девушка не может дать больше того, что имеет". А в арсенале маркизы был тысяча и один способ удержать короля - достаточно было развеселить его. Она начинает покровительствовать талантливым людям, в ее гостиной король знакомится с выдающимися умами того времени. Изысканные беседы, прекрасное общество... Его Величеству не бывает скучно. Именно при содействии маркизы Помпадур Вольтер обрел славу и достойное место академика и главного историка Франции, получив к тому же звание придворного камергера. Именно с подачи маркизы в Париже создается Военная школа для сыновей ветеранов войны и обедневших дворян. Когда заканчиваются отпущенные на строительство деньги, маркиза вносит недостающую сумму. В октябре 1781 года в школу прибудет для обучения студент Наполеон Бонапарт. В 1756 году в имении Севр маркиза закладывает завод по производству фарфора. Она принимала активное участие в работе над созданием севрского фарфора. Редкий розовый цвет, полученный в результате многочисленных экспериментов, назван в ее честь - Rose Pompadour. УЖЕ НЕ ЛЮБОВНИЦА, НО ДРУГ К 1751 году маркиза поняла, что не сможет долго удерживать внимание короля - рано или поздно он обратит свой взор на более молодых женщин - мадам де Помпадур берет это дело в свои руки. Многочисленные любовницы отбираются под личным руководством маркизы. Но ни одна из них не задерживается дольше, чем на год. Маркиза же познакомит Людовика с Луизон Морфи. Связь продлится два года, но однажды, решив, что теперь она может все, Луизон спросит Его Величество: "Как там поживает старая кокетка?" Через три дня Луизон вместе с дочерью, которую она родила от Людовика, навсегда покидает знаменитый домик в Оленьем парке. ПОСЛЕ НАС ХОТЬ ПОТОП Маркиза была женщиной весьма циничной, во всех сборниках афоризмов содержится ее знаменитое: "После нас? Хоть потоп". Но этим не ограничивается ее «вклад» в культурное наследие человечества... Бриллианты, огранка которых называется "маркиз" (овальные камни), своей формой напоминают рот фаворитки. Шампанское разливается либо в узкие бокалы-тюльпаны, либо в конусообразные бокалы, появившиеся в эпоху правления Людовика XV - именно такой формы была грудь мадам де Помпадур. Маленькая сумочка ридикюль из мягкой кожа - тоже ее изобретение. Она ввела в моду высокие каблуки и высокие прически, потому что была маленького роста. Наконец, она раскрыла секрет, над которым ломают голову все женщины мира - как удержать около себя мужчину в течение 20 лет, если он даже не муж, и у вас давно нет интимных отношений. К сожалению, эту тайну она унесла с собой в могилу источник О ней: • Биографическая статья из издания "Энциклопедический Словарь Ф.А.Брокгауза и И.А.Ефрона" • Биографическая статья в Wikipedia • Третьякова Л. "Лавры маркизы Помпадур" • Гаков В. "Королевские игры маркизы де Помпадур" • Опанасенко Г. "Изменить с королем. Мадам де Помпадур" • Коровина Е. "Маркиза Помпадур: непонятая и оболганная" • [info]anna_warvick. "Маркиза де Помпадур" Весьма рекомендую заглянуть на сайт MadameDePompadour.com (англоязычная версия, франкоязычная версия) - своеобразный виртуальный музей маркизы Помпадур. Думается, многих заинтересует прежде всего картинная галерея. См. также: • Ги Шоссинан-Ногаре. "Повседневная жизнь жен и возлюбленных французских королей" (полный текст). Текст в zip-архиве. Текст в формате fb2 в zip-архиве • Альковно-будуарная версия истории Франции от Хлодвига до Наполеона III (Ги Бретон "Истории любви в истории Франции", 10 томов) • Из истории Франции XVII - XVIII веков См. также: сериал "Женщины-легенды и красавицы ушедших времен ...". это всё в сети

Chandra: тема перенесена http://ultrafiolet.forum2x2.ru/forum-f8/tema-t251.htm#3061



полная версия страницы